Древние империи Центральной Азии. Скифы и гунны в мировой истории

Учитывая эту неловкую ситуацию, наместник Кашгарии, отвечавший за все дипломатические отношения с кангюями, не раз предлагал своему центральному правительству разорвать все взаимоотношения с этими заносчивыми варварами и отказаться получать от них дань и заложников. Однако китайский двор так сильно грела сама мысль о существовании пусть номинального, но господства над этим далеким царством, что он отказывался следовать совету наместника, и все оставалось по-прежнему.

Китайские хроники рассказывают очень мало, почти ничего, о том, что происходило в этот период у юэчжей, но в свете дальнейших событий мы понимаем, что юэчжи, оставив свои кочевые обычаи, начинали вести оседлую жизнь в качестве правящей аристократии Бактрии и примыкающих к ней регионов. Их сила и численность постепенно росли, подготавливая их к той важной роли, которую им предстояло в дальнейшем сыграть в мировой истории. На этот раз китайцы добровольно оставили их в покое и довольствовались тем, что изредка отправляли свои посольства этому далекому народу, который когда-то был их непосредственным соседом, и, в свою очередь, принимали посланников юэчжей у себя.

В какой-то момент казалось, что в этот период могли возникнуть близкие отношения со страной, которую китайцы называли Гибинь, занимавшей тогда значительную часть Северной Индии. Этот регион стал известен китайцам несколько десятилетий назад. На самом деле во времена великого императора У-ди (140—87 гг. до н. э.) китайскому посланнику удалось не только добраться до этой страны, но и сыграть роль в восстании, которое привело к смене монархов. В результате сведений, доставленных этим посланником, китайцы, несомненно, получили достаточно хорошее представление о географии и недавней истории этого интересного царства. Они знали, что царствующую семью и аристократию Гибиня составляли саки, которые когда-то жили в Джунгарии и которые, будучи изгнаны из этого региона юэчжами, бежали на юг и создали себе новое владение в Индии. С тех пор саки оставили свою кочевую жизнь и были поглощены местным населением Индии, поскольку известно, что обитатели Гибиня были знамениты своим сельским хозяйством, торговлей и производством товаров.

Но, несмотря на то что Китай установил взаимоотношения с Индией вскоре после того, как занял господствующее положение в Кашгарии, эти взаимоотношения преждевременно закончились, когда правители Гибиня начали убивать прибывавших в эту страну китайских посланников. Поскольку Китай был не в состоянии отомстить за это, его министры решили не делать дальнейших попыток поддержать контакт с народом, обитавшим на жарких равнинах Индии.

Однако примерно в 25 г. до н. э. двор Гибиня по собственной инициативе отправил в Китай посольство, которое везло дань. Послы извинились за убийства китайских дипломатов в минувшие дни и попросили возобновить регулярные связи между Гибинем и Китаем. Сначала императорский двор очень обрадовало прибытие посольства Гибиня, и планировалось отправить эскорт, сопроводить посольство в его страну, чтобы проложить путь регулярным дипломатическим контактам. Но в это самое время один влиятельный министр прислал записку, сообщая, что было бы разумнее продолжить прежнюю политику и воздержаться от контактов с Гибинем. «Дружеские взаимоотношения с другой нацией целесообразны только в тех случаях, если тем самым вы отводите от себя опасность нападения. Гибинь находится слишком далеко, чтобы представлять опасность даже для наших западных владений. Отправить ответное посольство означало бы просто снова подвергнуть наших послов опасности и невероятным тяготам.

Чтобы дойти из Кашгарии в Гибинь, нашим послам придется пересечь четыре страны, в каждой из которых они могут стать объектом нападения. Еще большую опасность представляют природные преграды. Им придется преодолевать огромные горы, которые называют «Горы головной боли», поскольку они вызывают головные боли, лихорадку и тошноту (очевидно, речь идет о горной болезни). Затем следует тропа над ущельем длиной (при переводе на современные меры измерения. – Ред.) в тридцать миль и шириной меньше двух футов. Один неверный шаг означает падение в бездонную пропасть. Там путешественники должны привязаться веревкой друг к другу и идти один за другим.

С учетом этих трудностей нам следует оставить все мысли об отправке посольства в Гибинь».

Ознакомившись с этой запиской, китайский двор оставил план восстановления регулярных дипломатических контактов с Индией, хотя с южной стороны Гималайских гор продолжали прибывать отдельные торговые миссии. Безусловно, совет министра был очень мудрым, однако то, что ему последовали, показывает, что прежняя знаменитая политика неограниченной экспансии постепенно уходила в прошлое.