Другая история литературы. От самого начала до наших дней

К мрачному Кроносу Ночь удалиться еще не успела, —Раннего утра Заря, дочь Зевса, блеснула на кровлях.Гелиос славный в сияньи лучей из-за моря поднялся;Силою гордый своей, всем блаженным бессмертным светил он,Пир окончив в чертогах морских Посейдона-владыки.Радость, веселье объяло богов, увидевших Солнце.Тотчас проснулся Приам, из смертных самый несчастный;С пыльной земли поднялся, где сморил его сон ненадолго,Слезы когда проливал он о Гекторе, гордости Трои.Молвил Приам, что отправится к мужу, убившему сына:Старца седого душа преисполнилась смелой отвагойГолову Гектора либо отнять у мужеубийцы,Либо погибель найти себе от руки Эакида.Трои сыны удерживать в городе стали Приама;Только увидев в небе орла, летящего справа,Двинуться в путь разрешили; впрягли они мулов в повозкуИ положили в нее за голову Гектора выкуп:Много нарядных уборов и золота десять талантов.Вот и засовы с троянских ворот городских они сняли.С воплем вперед устремился народ, обгоняя Приама.После того, как толпа ко рву приблизилась с криком,Тотчас же силой Приам оттеснил ее к башням троянским;Только Идея оставил себе, погонщика мулов.С думой тяжелой Приам, обессиленный телом и духом,Прахом посыпав главу в знак страданья и скорби глубокой,Пешим шел по тропе, убиваясь тоской безысходной.Царская дочь Поликсена, прекрасная, славная видом,Путь совершала с отцом, держась за правую руку.Следом за девушкой шла Андромаха, льющая слезы;Двое малюток ее за рукав ухватили, рыдая:Астианакт, Лаодам, рождены от Гектора оба.Так, наконец, добрались до шатров и палаток ахейцев.Стали аргивян они умолять, припадая к стопам их,Пусть Эакид согласится принять за Гектора выкуп.Старцы-цари порешили созвать самых знатных ахейцев;Всех, кто прибыл из Трои, ввели в палатку Пелида.Только он их увидал, распростертых у ног и рыдавших,Жалостью сжалось в груди железное сердце Ахилла.Не поднимаясь с земли, обратился Приам к нему первым:«О могучий Пелид! Укроти гневный дух свой великий!Или побойся небесных богов: всех и все они видят!Старость мою пощади, над моими сединами сжалься!О, пожалей старика, из смертных я самый несчастный!Лучше возьми и убей пятьдесят сыновей моих храбрых,Мне они меньше милы, чем славный, божественный Гектор!Слезно молю – прими за мертвого Гектора выкуп!Сына нежные члены не брось на съеденье собакам.В руки мне тело отдай, привезу его в Трою оплакать».Так говорил Эакиду Приам, потомок Дардана.После него жена конеборца, стяжавшего славу,Громкий стон испустив, рыдая, безудержно плача,Голову низко склонив и лицо красивое спрятав,К мужеубийце с мольбой обратилась и так говорилаЗлому, жестокому мужу, рыданьями речь прерывая:«Великодушный Ахилл, по облику схожий с богами!Деток-сироток моих пожалей и меня, о, владыка!Славой троянцев был их отец, тобою сраженный.Сжалься, молю, надо мной, горемычной из женщин, которойВоля небесных богов судила печаль и страданья!Громкие стоны мои и рыданья потомки услышат.Но, так страдая, зачем говорю тебе это, владыка?Сжалься, молю, надо мной, хоть я тебе враг ненавистный!Гектора тело отдай, его опущу я в гробницу!Братьев моих семерых ты убил и отца дорогого,Но с них доспехов не снял, а земле их предал с оружьем,Выкупа даже не взяв, проявил геройскую доблесть.Вот и сейчас покажи ее нам, предводитель ахейцев!Гектора тело отдай его детям, дары приносящим,Чтобы в земле погребли и курган огромный воздвигли, —Памятник доблестной славы твоей потомкам оставив».Так говорила с мольбой благородная дочь Этиона.Гектора дети прекрасные, славные плакали горько,Видя, как слезы мольбы у милой их матери льются:Вспомнили дети отца, услыхав его славное имя.Слезы ручьями текли из очей детей малолетних;Жесткое сердце и ум Эакида они покорили.Глядя на них, пожалел он несчастных и гнев укротил свой:Слезы детей родовитых смягчили жестокого мужа.Щеки его то краснели, то белыми вдруг становились.Слезы же он затаил: глаза оставались сухими.Так ведь бывает порой, что на солнце, светящее в небе,Тучи нежданно найдут из нижнего слоя эфира,Мраком покроют густым и погасят сиянье светила:Бледный виднеется лик сквозь гремящие темные тучи;Льются потоки дождя на железно-твердую землю.Ветра же сильный порыв усмиряет вдруг ливень бурлящий.Видимо, было таким бледно-желтым и сердце Ахилла.С лилией схожие очи его смотрели сурово.Душу терзала печаль-печаль о судьбе Гекторидов.Все-таки слезы, готовые хлынуть из глаз Эакида,Сдержаны были усилием воли и разумом мужа:Их незаметно таил в глубине очей своих ясных.А Поликсена, в хитон одетая мягкий, сказала,Стройные ноги свои скрывая в складках одежды:«Сжалься над нами, Ахилл, и нрав усмири свой жестокий!Старца помилуй, отца моего, убитого горем!Царь он, а жалостно так к стопам твоим припадает.О, пожалей его дрожащие старые члены!Гектора, славного сына Приама, отдай нам за выкуп.Выкуп возьми за него и меня в придачу рабыней:Буду в шатрах у тебя с другими служанками вместе».Кротко промолвила так Поликсена с печалью на сердце.Жалко их стало Ахиллу, и за руку взял он Приама;Старца усаживать стал, тихонько плача при этом.Долго его утешал, уговаривал яства отведать;И согласился Приам против воли принять угощенье.Вот вкруг широких столов понесли всевозможные яства.В это время Ахилл из шатра стремительно вышел,Злато с повозки он снял, серебро – за Гектора выкуп;Все остальное отдал Поликсене, – пусть в Трою увозит,Память храня о помолвке своей с великим Ахиллом:Не было даже мысли в уме, что до свадьбы погибнетСам он, а деву меч поразит на его же могиле.Все завершив и Гектора тело взвалив на повозку,«Сколько же дней нам в бой не вступать?» —вопросил он Приама:Гектора чтобы оплакать смогли безопасно троянцы.Старца услышав ответ и дав ему обещанья,Быстро в палатку к себе возвратился Ахилл несравненный.Путники, громко стеная, направились к городу Трое.