Другая история Российской империи

Именно Пётр III ввёл в обычай строгую военную дисциплину. Для интересов службы и страны это было очень хорошо, но вызвало недовольство гвардии: ходили слухи, что армию намерены преобразовать по прусскому образцу, а гвардейские полки ликвидировать, ведь дворцовые гвардейцы жили тогда более чем вольготно. Недовольством гвардии воспользовалась Екатерина и узурпировала власть, отстранив мужа от управления. С династической точки зрения, это была «двойная» узурпация, поскольку у Петра был сын Павел, и по закону Екатерина должны была стать регентшей при нём.

1762, 9 июля – (по юлианскому календарю 27 июня).– Среди солдат Преображенского полка распространяется слух об аресте императрицы Екатерины II. Был арестован участник заговора, поручик Пассек, что в свою очередь ускорило развитие событий – привело к началу государственного переворота, который и был осуществлён 28 июня 1762 года. Главными помощниками Екатерины в этом деле были братья А. и Г. Орловы и княгиня Е. Дашкова. Если Орловы искал сторонников среди военных, то Дашкова – среди сановников и аристократии; она привлекла на сторону императрицы графа Н. И. Панина (которого современники считали главным идеологом переворота), графа К. Г. Разумовского, И. И. Бецкого и других. Екатерину поддержали и некоторые церковные иерархи, недовольные секуляризацией церковных имений.

Через день Пётр III отрёкся от престола.

Самое интересное, что хотя Екатерина II (1762—1796) пришла к власти, используя недовольство политикой Петра III, она продолжала, в основном, его политику. Иначе говоря, она также была неудачной правительницей, не понимавшей страны, которой правила. Но, тем не менее, ей была уготована слава «просвещённой правительницы».

Малая Россия после Петра I

Теперь вернёмся к истории малороссийской власти. Сначала коротко вспомним, что какие политико-административные изменения происходили в этой бывшей польской колонии, воссоединённой с Россией после столетий раздельной жизни, начиная с 1654 года. Революция Богдана Хмельницкого разрушила существовавшие под Польшей порядки. Все стали свободны и равны. Рухнули сословные, классовые, национальные и религиозные перегородки; вчерашний крепостной мог стать полковником, а примкнувший к восстанию шляхтич шёл в казаки. Раньше здесь не было организованного и твёрдо установленного административного аппарата и социального порядка, а теперь вся власть оказалась в руках тех, кто во время восстания попал в старшины (много позже примерно так шли дела и в Москве, и в Киеве в первые недели после падения власти КПСС).

Тогда, как умели и могли, так власть и организовали, только было это в условиях войны. Центральное русское правительство, само занятое войной за воссоединение с Левобережной Украиной, в её внутренние дела почти не вмешивалось, предоставив самому населению налаживать жизнь. И так продолжалось далее до заключения «вечного мира» с Польшей, прекращения войн за сохранение Левобережья в составе России, и во всё двадцатилетнее правление Мазепы, вплоть до его измены, то есть больше пятидесяти лет. Измена Мазепы положила этому конец: центральное правительство перестало доверять и гетманам, и старшинам, и начала принимать активное участие в её административном аппарате. Наконец, в последние годы жизни Петра I вся власть оказалась в руках фактического наместника царя, наказной (не выборный) гетман Павел Полуботок умер в тюрьме, и в ней же содержалось немало казачьих старшин.

После смерти Петра (1725) начался откат назад.

Летом 1727 года правительство Петра II, получившего трон в мае, решило организовать выборы нового гетмана; организатором выборов был послан тайный советник Наумов. Предварительно в гетманы наметили полковника Даниила Апостола. Поскольку кандидат пользовался всеобщим уважением и за храбрость в боях, и за честность в делах, 1 октября съехавшиеся в Глухов старшины единогласно выбрали его гетманом; в тот же день Апостол был приведён к присяге «при громе пушек и неумолкаемых восклицаниях народа». Наумов остался при нём в качестве министра дел государственных и советов.

Сразу по избранию нового правителя началось возрождение автономного управления, установленного Хмельницким, вмешательство же великороссийских чиновников в дела было сведено к минимуму. Этому предшествовала поездка Апостола в Петербург, на коронацию Петра II. После коронации и длительных совещаний с Верховным тайным советом, который тогда ведал всеми делами, было вынесено решение, вроде «конституции» для Малой России, известное под именем «Решительных Пунктов» (от слова «решать»). «Пункты» эти предоставляли Малороссии широчайшее самоуправление.