Другая история Руси. От Европы до Монголии

По предположению Г. В. Вернадского, призванную на правление русь, описанную в летописи, следует идентифицировать с датчанами, отличая этих новых северных русов Новгорода от «старых» южных русов Русского каганата; те были шведами.

Взгляд летописцев всегда был ограничен, что также следует, например, из употребления термина боярин. Бояре — наиболее приближенная часть мужей старшей дружины князя (отроки — младшая дружина). Так, в списке «людей» Владимира есть боляре или гридь (скандинавский термин, означавший боевую дружину, телохранителей), а также сотские, десятские и нарочитые мужи. Если при описании более ранних времен упоминается в окружении князя и русь, то «Русская правда» Ярослава Мудрого, данная новгородцам после конфликта с варягами, уравнивает в правах русина, княжеского дружинника, со словенином, а варяги упоминаются как заморские гости, нуждающиеся в специальной защите. Все это показывает на разнородность источников, используемых составителем летописи… и, во всяком случае, оказывается, что русью называлась дружина князя.

Кроме того, в названии народа могут сочетаться как этнические, так и социальные моменты. В средневековье суооми под именем Русь понимали не только восточных славян; этот термин в их языках обнаруживает колебание от обозначения скандинавов (шведов и норвежцев) до восточных славян (русских), поскольку и те и другие могли приходить за данью. А слово karjel означало у суооми не «карел», как можно было бы ожидать, а «русский», опять из-за того, что дань с них брали и те, и другие.

Этническое название претерпевает со временем значительные изменения в своем объеме и содержании, и так продолжается до тех пор, пока не произойдет окончательное закрепление имени в конкретной форме. Наиболее прочным является закрепление этнического имени в виде территориального и особенно государственного обозначения; так случилось и у нас, когда окончательно закрепились названия: Русь — русские; Россия — россияне.

Путь из варяг в греки

Прежде, чем обсуждать вопрос о варяго-греческом пути, давайте посмотрим, что написано о нем в летописи.

«Поляном же живущим особъ по горам симъ, и бе путь изъ Варягъ въ Грекы, а из Грекъ по Днепру и верхъ Днепра волокъ до Ловоти, и по Ловоти внити въ Ылмерь озеро великое, из него же озеро потечеть Волховъ и втечет въ озеро великое Невъ, и того озера устье внидет в море Варяжское, и по тому морю внити даже до Рима, а от Рима приити по томо же морю (!!!) ко Царюграду от Царяграда приити въ Понть море, в неже течеть Днепръ река».

Остановимся и вдумаемся в то, что написано. Устье то ли озера, то ли реки впадает в некое море, называемое Варяжским. По нему можно попасть в Рим (Рим ни на каком море не находится, но это мелочи), а далее по ТОМУ ЖЕ загадочному морю можно попасть и в Царьград, а от него в Понтийское море. Но взгляните на карту. Что это за море? Первая естественная граница на пути возникает между Данией и Швецией. Вторая между Англией и Францией. Третья, Гибралтар, между Африкой и Европой. И, наконец, прежде Царьграда надо попасть в Дарданеллы. Чтобы как-то спасти авторов, предположим, что они просто механически соединили ряд разнородных сообщений, не понимая, что делают.

Далее в Радзивиловской летописи сообщается: