Двойной бренди, я сегодня гуляю

Мэлори пришлось мобилизовать все остатки сил, чтобы дать ответ, который ему давать не хотелось.

— Тогда — ничего. Его не смогут найти.

— Жиопа, — звучно, на весь зал сказала Айена. Отвернувшись, она вынула из ушей серьги и со стуком положила их на стол. Ори подскочил и кинулся к ней.

— Айена-миир, не надо! Пожалуйста...

— Имей ум, — урезонила его Айена, — ре-а-лис-тическое.

Таафа Риа молча сняла с руки браслет — серёг она ещё не носила, — и положила туда же.

— Мне нужно в уборную, — придушенным голосом выговорил Мэлори, как бы извиняясь — и чувствуя себя ещё более виноватым за свой снобистский жаргон. Коннолли неприветливо глянул на него из-под спутанных вихров.

— Вас кто-то не пускает?

Ни на кого не глядя, Мэлори поднялся и вышел. Ком в горле подпирал. Он распахнул дверь, но до унитаза добежать не успел. Постыдным образом согнувшись над раковиной, он забился в конвульсиях. Сухих, впрочем — внутри у него давно уже ничего не было, желудок не принимал даже воду. Каждый толчок воскрешал утихшую было боль; вены на висках и на шее вздулись — казалось, вот-вот лопнут. Поборов, наконец, спазмы, Мэлори кое-как распрямился. Его взгляд упёрся в зеркало.

Он застыл в неудобной позе, разглядывая в зеркале своё точёное, оксфордское лицо с кобальтово-синими глазами и обманным волевым подбородком, небритым со вчерашнего дня. Кто это? Неужели это он? Тот, кого окружающие считают Артуром Мэлори?

Он вдруг увидел себя со стороны, глазами администрации университета и выскочки Раджива Сойера. Пунктуальный, осторожный, благоразумный... скажи лучше, трусоватый. Вечный перестраховщик, ценящий безопасность выше карьерных амбиций. И вместе с тем умеющий жёстко себя вести с подчинёнными. У них были резоны считать, что именно такой человек нужен во главе экспедиции. Только он не такой.

— Я не такой, — хрипло сказал Мэлори вслух, пытаясь себя в чём-то убедить. Но в чём?

Он сунул ладони под фотоэлемент, поймал холодную — трубы остыли за ночь, — струю и принялся ожесточённо мыть руки. Облегчения это не принесло; он понимал бессмысленность своих действий. Со стыдом отогнав неуместную библейскую ассоциацию (барнардцы, кажется, язычники, вспомнилось ему), он подумал, что надо принять душ. Он быстро вышел из туалета.

Почистить бы зубы, раздумывал он, заходя в соседнюю дверь душевой. Какой же поганый вкус во рту... Он остановился перед умывальниками. На крючке висело полотенце. Забытое, беззаконное полотенце в красный цветочек, которым Лаи обматывал шею во время бритья. Роботу, мывшему стены, было не под силу его убрать, и робот просто обошёл его.

Мэлори снял полотенце с крючка, скомкал его и засунул в утилизатор.

Совершив это мелкое, детское предательство, он без сил опустился на кафельный пол и сцепил руки вокруг колен. Неужели это всё происходит с ним? За что ему это выпало? Разве это справедливо?

Мэлори зажмурился, и ему вновь ясно представился Лаи — маленький, аккуратный, утончённый до женоподобия, с его старомодным английским, более оксфордским, чем у самого Мэлори, не вязавшимся с его демонстративно барнардской внешностью. Усилием воли он распылил эту картинку, на её месте тут же проступила серая, как асфальт, морда и угрожающе качнула рогом. Мэлори осознал, что дремлет, но бороться с забытьём не было сил. В его мозгу вспыхивали и угасали бредовые образы. То ему виделись носороги, то раздробленное, как во множестве зеркальных осколков, лицо Лаи, то вдруг в чудовищно непристойных видах являлся Джеффри Флендерс. Мэлори не открывал глаз, окончательно перестав понимать, где он находится и что происходит.

Очнулся он от того, что его трясла за плечо Эльза Рэй.

— Артур, поднимайтесь. Здесь неподходящее место для отдыха.

Мэлори невменяемо смотрел на её узкое лицо за толстыми стёклами очков. Что ей от него надо? В голосе Эльзы появилось сожаление.

— Артур, не говорите, что я не предупреждала вас об опасности злоупотребления антипаником. Вы огребаете побочные эффекты по полной программе. Ну-ка...

Она просунула руку ему под мышку и помогла подняться. Мэлори со стоном привалился к стене.

— Вам нужно выйти в медиа-зал. Только что был звонок от спасателей. Сигнал пойман.

Стряхнув оцепенение, Мэлори последовал за ней. В медиа-зале Коннолли разговаривал по скайпу с администратором спасательного центра. Увидев Мэлори, он отодвинулся и пропустил его к экрану.

— Что у вас? — коротко спросил начальник экспедиции, примостившись в кресле.

— Есть сигнал, — ответил администратор с экрана. — Правда, он идёт из другого квадрата — двадцать седьмого. Километрах в десяти от того места, где он бросил машину. Мы уже выслали туда команду.

— Какие шансы найти его живым? — вмешался Коннолли.

— Будем надеяться, что есть. Кислород у него на исходе, а вы не знаете точно, когда он пропал. Тут каждый час имеет значение.

— Спасибо, — сказал Мэлори, не зная, что ещё сказать. Эрика с грохотом опустила на стол сжатый кулак. Мэлори только сейчас заметил, что вокруг запястья у неё обвязана жёлтая шерстяная нитка. Пряжа показалась ему знакомой. Ну, конечно, она же связала из неё шапку для...