Единичные и множественные преступления

К сожалению, многое в указанном подходе вызывает недоумение и неприятие. Во-первых, с позиций достаточно жесткого обособления в праве принципов, институтов, категорий и т. д. признание сложения наказаний принципом является существенным уменьшением социального статуса принципа вообще, низведение его до какого-то элемента института или категории. Во-вторых, представляется странной позиция автора по признанию поглощения сложением («сложение поглощением»). Наверное, в каких-то ситуациях подобное приемлемо (большая рыба поглотила мелкую, соответственно, вес большой рыбы увеличился на вес маленькой; произошло сложение двух масс путем поглощения). Однако в уголовном праве даже подобного не происходит, поскольку поглощение одного наказания другим исключает увеличение наказания в какой-либо форме за счет другого наказания. Именно поэтому говорить о каком-то сложении при поглощении в уголовном праве бессмысленно. В-третьих, как уже неоднократно было отражено в нашей работе, мы не видим необходимости в дифференциации преступлений по тяжести применительно к формам множественности преступлений или к правилам назначения наказания при ее наличии. В-четвертых, крайне неудовлетворительно с позиций формализации назначения наказания (а именно для этого и создается любое алгоритмирование уголовно-правового явления) предложенное автором деление опасности деяния и личности по степеням (например, ниже среднего), что жестко не может быть определено ни теоретически, ни практически; фактически автор вынужден будет отнести все это на правосознание (усмотрение) судьи, что суд имеет уже и сегодня без всякого применения алгоритмов и о чем было написано сравнительно давно: «Избрание полного или частичного сложения наказаний вопрос факта и решается судом в зависимости от конкретных обстоятельств рассматриваемого случая».[1443] Однако это противоречит общему стремлению Д. С. Дядькина к поискам алгоритмов назначения наказания. В-пятых, отсюда и применение жестких процентов применения частичного сложения становится абсолютно неуправляемым. В-шестых, высокой степени условное деление деяния и личности по степени их опасности привели к тому, что автору не удалось жестко и однозначно разделить критерии по применению трех указанных правил назначения наказания по совокупности. Так, при наличии степени опасности средней – выше средней, ниже среднего – максимальной возможно и полное сложение, и частичное сложение; при минимальной – ниже среднего и минимальной – минимальной – и частичное сложение, и поглощение. Но тогда возникает естественный вопрос: зачем потрачено столько усилий и бумаги, чтобы прийти к существующему положению вещей по применению правил получения совокупного наказания, когда неясны критерии применения поглощения или частичного сложения. Все это похоже на «Черный квадрат» Малевича – картинку ни о чем, но там присутствует хоть какая-то эстетика. На этом фоне абсолютно неприемлем оптимистичный вывод автора о том, что им «разработаны формализованные правила частичного сложения наказаний, при котором от выявленного уровня общественной опасности все тех же объектов будет зависеть степень увеличения окончательного наказания по сравнению с наиболее строгим из назначенных за образующие совокупность преступления».[1444] Итак, следует признать, что Д. С. Дядькину не удалось реализовать свою замечательную идею.

На наш взгляд, ситуацию с дифференциацией применения того или иного правила получения совокупного наказания нужно максимально упростить. Следование принципу неотвратимости наказания с необходимостью приводит к выводу о том, что наиболее приемлемым способом получения совокупного наказания является сложение наказаний, назначенных за каждое из совершенных преступлений. Именно при сложении наказаний суд показывает, что справедливость относительно каждого потерпевшего восторжествовала, что в совокупном наказании нашла отражение общая общественная опасность нескольких преступлений, что неотвратимость наказания реализована в совокупном наказании. Отсюда полное сложение наказания является наиболее естественным при совокупности преступлений[1445] вне зависимости от тяжести преступлений. Тяжесть преступления сама по себе скорректирует совокупное наказание в соответствии с санкцией, установленной за данный вид преступления (например, сложение наказаний, создающих санкцию без лишения свободы).

Полное сложение наказания представляет собой объединение нескольких отдельных наказаний (речь идет об основных наказаниях) в полном объеме в одно общее наказание. При сложении наказаний одного вида особых сложностей не возникает, просто увеличивается размер данного вида наказания (3 года лишения свободы плюс 5 лет лишения свободы равно 8 годам лишения свободы). Проблемы возникают при сложении разнородных наказаний (исправительных работ и лишения свободы, ограничения свободы и ареста и т. д.), но и они разрешаются в соответствии со ст. 71 УК, регламентирующей порядок определения сроков наказания при сложении разнородных наказаний.