Казалось, что в войне арабов с евреями, начавшейся 29 ноября 1947 года, еще до провозглашения еврейского государства, победа должна была достаться арабам, но предположения сбываются не всегда. Во-первых, израильтяне были лучше мотивированы и имели поддержку американских и европейских сионистских кругов. Во-вторых, они действовали слаженно и четко, успешно маневрируя теми ресурсами, которые имелись в их распоряжении. Арабы же действовали вразнобой, далеко не всегда понимая, за что они сражаются. В качестве примера можно привести факт с закупкой в Бельгии устаревшего и некачественного оружия для египетских солдат коррумпированными генералами из окружения короля Фарука. Для самого же Фарука целью участия в войне были не высокие идеалы арабского единства, а конкуренция с иорданским королем Абдаллой ибн Хуссейном за власть над Палестиной, которую оба правителя считали «своей».
Хотя египетские генералы превосходно умели комбинировать и хитрить, в роли стратегов они выглядели довольно неубедительно. Точно так же можно сказать и об их коллегах из Иордании и Сирии.
До апреля 1948 года еврейские отряды преимущественно оборонялись, но затем перешли к активным наступательным действиям и стали расширять контролируемую ими территорию, изгоняя с нее арабское население. У палестинских арабов эта война получила название «Накба». В распоряжении историков нет точной статистики, но принято считать, что в конце сороковых годов прошлого века и в ходе войны 1967 года более семисот тысяч палестинских арабов были вынуждены покинуть места своего исконного проживания. Ежегодно 15 мая палестинцы отмечают День Накбы, символом которой являются ключи, олицетворяющие право на возвращение в свои дома, на свою землю. Ключи сохранились, а дома нет, – разрушение арабских селений было тактикой израильской армии.
В начале 1949 года состоялись переговоры о прекращении огня между Израилем и его противниками, за исключением отказавшегося от переговоров Ирака. В частности, с Египтом такое соглашение было заключено 24 февраля 1949 года. Итоги войны получились неутешительными – около половины территорий, выделенных ООН под арабское государство, вместе с Западным Иерусалимом были оккупированы Израилем. Другая половина арабских земель и Восточный Иерусалим перешли под контроль Египта и Иордании. Вопрос о создании на территории Палестины арабского государства был отложен на неопределенный срок. Израиль победил в войне, потому что выстоял и увеличил свою территорию, а арабские государства проиграли, потому что не смогли добиться поставленной цели.
Неудачная война лишила короля Фарука последних остатков популярности. Египетское общество разочаровалось не только в короле, но и в самой идее монархического правления. В воздухе ощутимо запахло революцией…
По итогам парламентских выборов в январе 1950 года Мустафа Наххас-паша в пятый (и последний) раз возглавил правительство Египта. На сей раз своей главной целью Наххас-паша провозгласил расторжение договора 1936 года и возвращение Египту контроля над Суэцким каналом. Были начаты переговоры с британским правительством, но успеха они не имели. Британцы настаивали на соблюдении двадцатилетнего срока действия, указанного в договоре, и вообще не собирались выпускать Египет и Судан из-под своего контроля.
К октябрю 1951 года стало ясно, что переговорами проблему решить не удастся. В Каире одна за другой начали проходить демонстрации с требованием расторжения кабального договора. Стало очевидно, что на этот раз успокоить народ словами не получится и затягивать дело не стоит, поскольку к каирцам готовы были присоединиться жители других городов. 15 октября 1951 года египетский парламент принял закон о расторжении договора 1936 года и соглашения 1899 года по Судану. «Я подписал этот договор ради Египта и отменяю его ради Египта», – сказал Наххас-паша. Оппоненты упрекали его в двуличности, но они были несправедливыми. В 1936 году, в начале своего третьего премьерства, Наххас-паша не мог не подписать договор, по которому прекращалась оккупация Египта вооруженными силами Великобритании. Разумеется, условия договора были не самыми лучшими, но в какой-то мере он улучшал положение Египта.