Его Величество Змееныш

— Кольцо. У тебя на руке.

Девушка недоумённо открыла глаза, глядя на свои крупно дрожащие руки. Колечко, подаренное накануне, сияло оранжевым пламенем сердолика. Вспомнив тут же слова, что были ей сказаны на пороге ювелирной лавки, Ева не выдержала и, прижав к лицу обе раскрытые ладони, всё-таки разрыдалась. Позорище.

— Ну что ты, селёдка, творишь! Скажи, что с тобой происходит?

<p>36. Разговор не по душам</p>

“На этом свете помучимся, на том порадуемся.” В. И. Даль Пословицы русского народа.

Ничего не случилось. Беспомощные слёзы банально иссякли. Неожиданно оказалось, что даже дружеские объятия василиска действовали на Еву вполне ободряюще.

И нескрываемая, щемящая тревога в глазах.

И один котелок на двоих. Может быть, и не всё так уж плохо?

Уже час спустя они совершенно спокойно беседовали. Послушно ловя влажными губами протянутую Евой ложку, Илья ей подробно рассказывал о важнейших событиях последних дней. Дней, проведённых в её тщетных поисках. О трудном пути в эту круглую башню. О новом себе, ставшем частью наследного принца. Последней надежде Великого Северного королевства. О самом этом принце, несчастном и гордом законном наследнике короля. Его отчаянном одиночестве. Его памяти, сохранившейся чудом.

— Тебе проще всё это рационально понять, ты училась в магической академии.

— Брось, Илья, — она невесело усмехнулась, — боюсь, что здесь все мои неглубокие знания ничего толком не стоят. Другой мир и другие магические законы. И пусть заклинания действуют, но… Ты хотя бы рапиру в руках крепко держишь.

— Саблю, — Илья сдержанно улыбнулся. Улыбка осталась той, прежней. Но его светлый взгляд… он значительно изменился. Змеёныш словно стал опять старше. В уголках чуть раскосых глаз залегли острые лапки морщинок, и вовсе не тех, что появляются от привычки улыбаться всем, часто и без особых причин.

— Лучше железный топор, — тихо хмыкнула Ева, разглядывая незатейливый рисунок на витой ручке ложки и старательно пряча свой взгляд. — Моя сила тёмная, жуткая. И срабатывает она, как система автоматического пожаротушения. Швах! И все лежат в луже, а кто не успел — тот покойником.

— Магические законы… это как физика, да? Только другого порядка. И заклинания не могли бы работать, сама посуди, — возразил он серьёзно, зачем-то беря её за руку. Девушка вздрогнула, но пальцев не отняла. — Что касается силы… — продолжил задумчиво юный наследник престола, — здесь её много, я чувствую. Во мне словно открылся бурлящий источник. Горячий и мощный, как гейзер. Признаться, немного пугает.

— Да уж, наследник, есть повод пугаться! — Ева не стала ему возражать. — Я категорически не понимаю, почему у нас так получилось? Я ведь готовилась к этому. За прошедшие годы основательно изучила все базовые принципы путешествий по внешним мирам. В том числе, и с помощью артефактов. Могу сказать точно: веретено не должно так работать. Оно может легко переносить путников в другие миры, но не в чьи-то физические тела. Это… Совершенно неправильно, Змеев! Я ощущаю себя каким-то чудовищным внутренним паразитом. Глистом, а не русалкой, и уж тем более, не ведьмой.

Илья тихо вздохнул, отпуская её, и задумчиво посмотрел на полупустой котелок.

— Первую нитку сплёл я. Василиск и твой верный слуга, если ты не забыла. Природная магия василиска… Что ты знаешь о ней? Что мы с тобой оба знаем? Ничего, килька, вообще ничего. Боюсь, что всё дело во мне. Да я в этом уверен! Драные яги, на жопе сидеть столько времени и не додуматься до очевидного!

Ева правильно поняла его долгий взгляд и, зачерпнув стальной ложкой горячее варево, протянула его. Илья покачал головой, развернув её руку. Нехотя с ним согласилась и сунула в собственный рот новую порцию обжигающего мясного рагу. Вкуса почти не почувствовала. Еда в горло не лезла, хотя острый голод всё ещё скручивал внутренности.

— Не кори себя, — она коротко улыбнулась Илье. — Поверь мне на слово: там мы времени зря не теряли.

И тут же поймала его проницательный взгляд. Последние дни, проведённые в родном мире, он по какой-то досадной случайности совершенно не помнил. Но очень старался поверить русалке.

— Пока я в поисках тебя метался по королевскому замку, ничего не успел толком узнать о себе. Лишь то, что по поводу моего чудесного воплощения готовится грандиозный праздник, — на лице василиска мелькнула тень глухой досады и даже болезненного раздражения. — На меня подозрительно смотрят, меня явно боятся... Даже король. За прошедшие снегопады он так и не рискнул назначить мне аудиенцию. И дело явно не в занятости. Язык не поворачивается называть его снова отцом.

Вторую наполненную едой ложку, осторожно протянутую русалкой, он всё-таки принял, жадно закусывая её крупным ломтём свежего хлеба.

— И не зови! — легко разрешила русалка. — Думаю, он не обидится.

Илья совершенно серьёзно кивнул и, медленно дожевав, тихо продолжил: