Экономика творчества в XXI веке. Как писателям, художникам, музыкантам и другим творцам зарабатывать на жизнь в век цифровых технологий

Поскольку они издают так много книг, их карманы относительно глубоки, так что они могут просчитывать риски. Издай десять романов, и один из них выстрелит, оплатив оставшиеся девять. Опубликуй первую книгу многообещающего молодого писателя, и, даже если она не продается, можно издать вторую и третью, давая таланту шанс развиваться. Кэти Белден, старший редактор Scribner’s, упомянула в этой связи Энтони Дорра и роман 2014 года «Весь невидимый нам свет» (All the Light We Cannot See), бестселлер, взявший Пулитцеровскую премию, который был пятой книгой автора. Издавался он в Simon & Schuster. Когда мы встретились, Энтони было уже под сорок. За свой первый слабо продававшийся роман он получил аванс в 20 тысяч долларов; за второй – не то чтобы более успешный – 90 тысяч, и уже 175 тысяч – за третий роман. Но он очень талантлив, получает награды и становится все более известным как журнальный автор. Simon & Schuster могут позволить себе, в буквальном смысле слова, дать ему время.

Впрочем, чем меньше денег в карманах издателей – благодаря усилиям Amazon, – тем более редкими будут такие случаи. Серьезные работы, как сказал Питер Джинна, даются крупным издателям все труднее: история, биографии, сборники стихов или эссе. Многие виды книг, которые когда-то кормили коммерческие издательства, по его словам, мигрируют в независимые (которые часто являются некоммерческими) или академические (которые обязательно являются таковыми) издательства. И в том и в другом случае гонорары обычно ничтожны (и Amazon давит на этих издателей, на самом деле, еще сильнее, потому что у них меньше переговорной силы, чем у мэйджоров[66]). Ричард Нэш видит, что литературная фантастика идет по пути поэзии: инди-пресса, маленькие магазины, экспозиция через живые события. А это означает, за редким исключением, крошечную читательскую аудиторию и отсутствие денег.

* * *

Продажи книг и отчисления с этих продаж были основными способами, которыми писатели привыкли зарабатывать на жизнь. Еще одним была журналистика: внештатная работа над всевозможными статьями для газет и журналов. Но мы знаем, что случилось с журналистикой. Появился Craigslist, который уничтожил газетные объявления, затем Google и Facebook проглотили большую часть остальной рекламной базы. В промежутках между ними такие проекты, как BuzzFeed и Huffington Post, которые начинались в основном как «сайты-агрегаторы», а затем научились перехватывать онлайн-трафик, переупаковывая новости в кликбейты[67]. С 2000 по 2016 год рекламные доходы американских газет упали с 65 до 19 миллиардов долларов. С 2004 по 2019 год около 2100 из них вышли из бизнеса; другие сократили количество публикаций или вообще ликвидировали свои печатные издания. С 2000 по 2016 год газеты лишились более 240 тысяч рабочих мест, что составляет 57 % их рабочей силы. В журналах – практически то же самое. Нишевые издания, по крайней мере некоторые из них, сумели выжить, но их приверженцы сейчас больше похожи на бродящих кругами зомби. Rolling Stone пустили с молотка, Glamour перестал печататься в бумажном виде, Newsweek с 2010 года перепродавался четырежды, Time, Fortune и Atlantic (как и Washington Post) теперь принадлежат миллиардерам.

Меньше денег на публикации означает, что их нет и для писателей. Ставки внештатных сотрудников упали, кое-где на целых 80 %. Журналы, которые когда-то платили за количество слов и держали большой штат авторов, сейчас не делают ни того ни другого. Да, есть миллион других изданий, где можно разместить свои работы – бесчисленное множество СМИ и литературных сайтов, раскачавшихся уже в новом веке, и среди них относящиеся к развитым издательствам, – но на них, как правило, работают за еду, если не бесплатно: 300 долларов, 100 долларов, 50 долларов. Мелин Тумани с 2008 по 2013 год забросила фриланс, чтобы писать мемуары. Говорит, что когда вернулась, то ощутила себя в шкуре Рипа Ван Винкля[68]. Она не могла понять, как можно писать за нынешние гонорары. В книге «Мир без разума: экзистенциальная угроза больших технологий» (World Without Mind: The Existential Threat of Big Tech) Франклин Фоер сообщает, что в качестве редактора New Republic он платил 150 долларов за онлайн-рецензии – столько же, сколько журнал предлагал за сопоставимые работы в 1930-х годах. С поправкой на инфляцию – это снижение ставки на 95 %. Кроме того, к настоящему моменту уже ясно, что прежние любимцы новых средств массовой информации лучше конкурируют с Google и Facebook, чем старые динозавры. Vice, Vox, BuzzFeed и другие – все они начинают шататься, теряя целевые показатели по доходам и увольняя персонал. За исключением нескольких устоявшихся флагманов, которые сумели использовать капитал своего бренда – New York Times, Washington Post, New Yorker, Atlantic, – в эпоху интернета никто не смог сделать журналистику прибыльной.