Поскольку «мы» является в зависимых отношениях высшей ценностью, а индивидуальные различия игнорируются или рассматриваются как угроза близости, личные границы партнеров также будут ощущаться как нечто небезопасное. Ведь личная территория – это то, куда тебя не пускают, по крайней мере, не пускают без стука и даже после стука могут не открыть дверь. Зависимому человеку тяжело при мысли о том, что его возлюбленный (возлюбленная) может иметь мысли, чувства, в которые не посвящает его, отношения с другими людьми, которые не касаются отношений с ним – во всем этом видится угроза потерять, оказаться брошенным, отвергнутым. Единственная, ощущаемая как реальная для зависимой личности возможность справиться с этим страхом – взять происходящее под контроль, вторгшись в границы. Поэтому в таких отношениях столь часты грубые проявления ревности и контроля с ожиданием (требованием) отчетов: где был (была) и с кем, о чем говорили, куда и зачем пошел (пошла), сколько денег истратил (истратила), почему вовремя не ответил (не ответила) на сообщение или звонок, почему разговаривал (разговаривала) с теми или иными интонациями. Если партнер отказывается отвечать на эти вопросы, это воспринимается как доказательство того, что ему есть что скрывать. Глубоко внутри себя такой человек чувствует страх перед потерей отношений, потерей желанной близости, страх, что его обманут и бросят, на внешнем же уровне проявляет себя как контролирующий, преследующий, выходящий за пределы. Обозначение партнером собственных границ вызывает у такого человека во внутреннем отклике усиление страха и гнев, потому что ощущается как отвержение. Очень часто человек в таких случаях говорит о том, что его выставили, выбросили за дверь или сказали «пошел вон!», хотя фактически в послании партнера не было ни намека на это.
Что касается своей собственной внутренней территории, то здесь можно наблюдать значительную путаницу: зависимому человеку бывает трудно отслеживать свои реакции. С его точки зрения, если существуют значимые отношения, собственной внутренней территории не остается либо ты лишаешься на нее права. Например, если ты в отношениях с молодым человеком, которому нравятся стройные девушки, это означает, что стыдно оставаться в текущих «кондициях» и необходимо похудеть, иначе ты вроде как не дорожишь отношениями. При этом приводится субъективно весомый аргумент: хорошая жена старается приготовить мужу на ужин именно те блюда, которые ему нравятся, если и правда любит и хочет позаботиться. Вот и здесь… в самом деле, чем отличаются эти две ситуации? Любимые мужем блюда и предпочитаемые телесные параметры… большой разницы между ними зависимая личность не усматривает.
Реальные отношения всегда предполагают решение вопроса о подходящем и допустимом балансе сохранения внутренней стабильности и уступок в пользу отношений. Например, неминуемым образом как мужчина, так и женщина, вступившие в брак, вносят изменения в свой образ жизни, привычки, стили проведения досуга. Однако в зрелых отношениях речь идет именно о подходящем обоим балансе того и другого: важно остаться собой и при этом построить близость с другим человеком. В зависимых отношениях «остаться собой» приносится в жертву отношениям и «мы», тем более что отчетливого ощущения своего Я, своих границ, своей индивидуальности у зависимой личности нет.
Приведу несколько примеров, иллюстрирующих отношение к личным границам в зависимых отношениях.