Эпоха викингов. Мир богов и мир людей в мифах северных германцев

Всем известно, что Утгард полон злых чар и несчастий, и тот страх, с которым люди смотрят на пределы человеческой жизни, в конце концов, совсем другого рода, чем страх ведовства, рожденного в своем доме. Ибо когда член сообщества разрывает духовную связь со своими братьями или когда человек, занимающийся черной магией, поселяется на границе земли и неземли, его присутствие парализует волю и силу людей, словно присутствие инкуба. Его деяния и даже мысли создают постоянную опасность для удачи жителей этих мест; они, сами не понимая почему, начинают ссориться с соседями, а почвы в их краях теряют плодородие. Присутствие таких людей разрушает духовную безопасность, создает брешь в космосе, как если бы небесные светила и сама Земля стали вести себя непредсказуемо. Чтобы сохранить мир, человек должен уничтожить и убрать всех колдунов вместе с их жилищами и вещами. Граница, отделяющая человечество от магов, прочерчена очень четко, поскольку не зависит от всех внешних оценок черного и белого; ее невозможно стереть, даже если колдуны и маги будут вести себя как обычные люди.

Из северных саг и сказаний мы узнаем, что практики колдуна не сильно отличались от ритуалов простых людей, когда он изменял до неузнаваемости свой облик или наводил чары, создавая оптические иллюзии. Он мог научиться ведовству у соседних племен – например, у лапландцев, но в целом делал то, что придумали когда-то люди его народа. Его ненавидели за то, что он занимался чародейством под покровом ночи, в уединенном месте; он был чужаком, стоявшим отдельно ото всей общины, и потому в его поступках всегда отсутствовала удача.

Быть человеком – очень трудно, гораздо труднее, чем можно было бы судить по человеческим потребностям и условиям жизни. Ежедневные заботы о пище, крове, огне, одежде, оружии, в случае вторжения врага, добывании всего необходимого вынуждали человека крутиться как белка в колесе; но добыча пропитания не способна породить то волнение в крови, которое способно вывести человека из себя. Задача удерживать солнце и луну на их орбитах, держать шлюзовые ворота дождя открытыми, направлять косяки рыб к берегу, покрывать леса зеленью весной и поддерживать гармонию в мире – очень трудная задача. Но она все-таки во много раз легче другой, гораздо более сложной, от которой никак нельзя отказаться, а именно: держать мысли в порядке и сохранять целостность души. Бог, сотворивший Вселенную, – грандиозная маска, а позади нее прячется человек, который трудится над решением не менее сложной задачи – создания ясного и тесного единства на основе своего опыта. Тревога, которая заставляет людей соединять природу со своей собственной волей и чувствами, гораздо глубже, чем весь страх за безопасность тела, ибо это страх внутреннего хаоса. Мы, европейцы, родились очень поздно, в том смысле, что в результате научно-технического прогресса и социальных преобразований мы утратили способность воспринимать мир напрямую. Мы живем в просвещенном мире, где после захода солнца мир не погружается во мрак – так как можно включить свет; а забота о пропитании сводится к походу в лавку. Мы больше не зависим от ритмов природы, засух и наводнений; капризы природы уже не влияют на нас напрямую, но являются в форме экономических кризисов и социальных потрясений. Мы смотрим на мир как на хорошо отрегулированную, легко управляемую машину, и весь этот порядок вещей воспринимаем как само собой разумеющееся. Каждый индивидуум является центром, вокруг которого без остановок и поломок вращаются солнце, луна и звезды; лето сменяется зимой, день – ночью. И нам никогда не приходит в голову считать их непрерывное вращение одним из самых великих деяний наших предков; еще меньше мы понимаем, что без них на Земле воцарился бы хаос, который утащил бы нас, бедных, прямо на дно.

Человек рождается в огромном океане звуков и визуальных образов, которые обрушиваются на него по отдельности, без какой-либо связи или единства. И он должен превратить всю эту массу в формы и структуры. Он должен превратить солнце и луну, облака и дождь, животных и деревья в связанные между собой объекты так, чтобы они превратились в постоянные узнаваемые формы. Установление порядка и гармонии требует отбора и исключения, а также добавления. Согласно нашей классификации, огонь и материя – это разные вещи, и мы беспечно отбрасываем тот факт, что определенные камни высекают искры, а отдельные виды дерева, под влиянием трения, порождают огонь. Примитивный человек организует эти факты совсем по-другому, утверждая, что огонь принадлежит природе или душе дерева и камня – искры зачинаются и рождаются в результате трения; соответственно, между камнями и деревьями, с одной стороны, и огнем, который спускается с небес, существует внутренняя связь.