Читаем Эпоха викингов. Мир богов и мир людей в мифах северных германцев полностью

В нашем понимании люди и животные связаны друг с другом внешним телесным единством и неразрывностью, создавая тем самым массу изолированных индивидуальных существ там, где примитивный человек видит проявление всеобщего фрита; они собирают всю массу фактов в реальность, называемую человеком, и конструируют его «душу», в которую включают силу его слов и духовные эманации, силу внушения и прикосновения его рук, а также формы и черты, в которых признается солидарность многих и ответственность каждого.

Глава 9

Душа человека

В центре мира душ стоит человек, ибо он наделен главным свойством души – жизнью. Свойства души неизъяснимы и противоречивы, что нашло отражение в древнеанглийской загадке: «Я знаю одну необыкновенную вещь – она незрима, но стоит перед глазами каждого; она не выше шести футов, и тем не менее никто не может увидеть больше одного ее конца; ее можно ощутить, прикоснувшись руками, однако схватить ее и удержать невозможно; она стремительна, как облако, несущееся по штормовому небу, но ее может догнать и собака; она витает в воздухе и одновременно лежит и спит в зале. Она связана с телом, но свободна двигаться, где хочет, без оглядки на время, место и тягу земную. Она не имеет формы, как тепло, передающееся при рукопожатии от одной руки к другой, и невидима, как сила, которая передается от одного воина к другому и сообщается всему войску, вдохновляя на победу. И она рано или поздно обретает форму, чтобы явиться в образе человека».

Если мы хотим понять, что такое человеческая жизнь, то должны, в первую очередь, отбросить все наши прежние представления о душе и теле и их антагонизме и просто поискать отличительные черты человеческой натуры или, иными словами, ее способы проявления себя.

В старых языках существует слово метин (megin); в нем заключена идея власти, и в этом слове встречаются все живое, что есть в мире. О душе Земли, о ее метине, часто говорят как о бесценной сущности. Питье, в которое подмешали землю-мегин, крепче пива и браги, ибо содержит силу, которая может уберечь от опьянения.

На заре времен, еще до того, как в мире воцарился порядок, уже существовали луна и солнце, но они не знали своего мегина, иными словами – не ведали своего могущества, своей цели и своего назначения.

Когда говорят о мегине человека, имеют в виду его силу. Но мегин – это нечто большее, чем сила мускулов; это – мощь, могущество и власть, без которой невозможна победа. И наконец, мегин – это сила души, тот, кто теряет свой мегин, падает без сознания.

То, что отличает бога, или аса, от всех других существ, называется асмегином – душой аса, наделенной очень большой силой. Стоя посреди реки в Йотунхейме, Тор кричит:

Вимур, спади,

вброд я иду

в Страну Великанов.

Если растешь,

то знай, что растет

до неба мощь аса[58][59].

Душу называют также словом «фьёр» (Fjor), которое с гибелью старого мира практически исчезло из употребления. Фьёр – это сама жизнь, которая позволяет человеку говорить и ходить, занимать свое место под солнцем. Фьёр – это также и душа, которая после смерти хозяина пускается в собственное путешествие. Фьёр – это то, что делает человека человеком, его сущность; фьёр способна вернуться в тело даже после того, как его коснулась смерть. Фьёр – это удача, послушная своему хозяину, дарующая крылья его разуму, порождающая его мысли, поддерживающая его и обеспечивающая осуществление его планов. Когда Хакон Добрый возвращался в свою родную страну, чтобы стать ее королем, его корабль попал в шторм; прошел слух, что Хакон погиб вместе с ним. Король Эйрик Кровавая Секира с радостью поверил этому слуху, но Гуннхильд, его жена, покачала головой – она была мудрой женщиной и знала, что Хакон обладает королевской фьёр. Так и вышло: корабль Хакона не пострадал от бури и благополучно прибыл в Норвегию («Сага о Хаконе Добром»).

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Эра Меркурия
Эра Меркурия

«Современная эра - еврейская эра, а двадцатый век - еврейский век», утверждает автор. Книга известного историка, профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина объясняет причины поразительного успеха и уникальной уязвимости евреев в современном мире; рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения еврейского вопроса; анализирует превращение геноцида евреев во всемирный символ абсолютного зла; прослеживает историю еврейской революции в недрах революции русской и описывает три паломничества, последовавших за распадом российской черты оседлости и олицетворяющих три пути развития современного общества: в Соединенные Штаты, оплот бескомпромиссного либерализма; в Палестину, Землю Обетованную радикального национализма; в города СССР, свободные и от либерализма, и от племенной исключительности. Значительная часть книги посвящена советскому выбору - выбору, который начался с наибольшего успеха и обернулся наибольшим разочарованием.Эксцентричная книга, которая приводит в восхищение и порой в сладостную ярость... Почти на каждой странице — поразительные факты и интерпретации... Книга Слёзкина — одна из самых оригинальных и интеллектуально провоцирующих книг о еврейской культуре за многие годы.Publishers WeeklyНайти бесстрашную, оригинальную, крупномасштабную историческую работу в наш век узкой специализации - не просто замечательное событие. Это почти сенсация. Именно такова книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина...Los Angeles TimesВажная, провоцирующая и блестящая книга... Она поражает невероятной эрудицией, литературным изяществом и, самое главное, большими идеями.The Jewish Journal (Los Angeles)

Юрий Львович Слёзкин

Культурология
Василь Быков: Книги и судьба
Василь Быков: Книги и судьба

Автор книги — профессор германо-славянской кафедры Университета Ватерлоо (Канада), президент Канадской Ассоциации Славистов, одна из основательниц (1989 г.) широко развернувшегося в Канаде Фонда помощи белорусским детям, пострадавшим от Чернобыльской катастрофы. Книга о Василе Быкове — ее пятая монография и одновременно первое вышедшее на Западе серьезное исследование творчества всемирно известного белорусского писателя. Написанная на английском языке и рассчитанная на западного читателя, книга получила множество положительных отзывов. Ободренная успехом, автор перевела ее на русский язык, переработала в расчете на читателя, ближе знакомого с творчеством В. Быкова и реалиями его произведений, а также дополнила издание полным текстом обширного интервью, взятого у писателя незадолго до его кончины.

Зина Гимпелевич

Биографии и Мемуары / Критика / Культурология / Образование и наука / Документальное