Необходимость в одежде и бытовых тканях обусловила развитие ткачества. Эстонские традиции и технологии ткачества сохранялись во всех хуторских поселениях Прикамья. Для ткачества эстонцы использовали традиционный ткацкий стан, часть деталей которого была привезена из Эстонии, например, медные берда для прибивания нитей. Другие элементы стана были изготовлены на месте. Эстонский ткацкий стан был значительно шире, нежели стан соседних народов, русских и татар: «Ткацкий станок, пожалуй, ничем не отличался. Так же, как у русских сделанный станок, только он был пошире, русский-то узкий» (д. Новопетровка)84. Ширина ткацкого стана и полотна, вытканного на нем, варьировалась от полуметра до полутора – двух метров. При ткачестве широкого узорного полотна за ткацким станом могли работать одновременно две мастерицы. Для ткачества использовались как льняные и шерстяные нити домашнего изготовления, так и покупные хлопчатобумажные и шерстяные нити. Эстонцы изготавливали хлопчатобумажные, льняные, шерстяные и полушерстяные ткани. К сожалению, сохранилось очень немного образцов ткачества, для того чтобы в полной мере представить технологический и декоративный ассортимент тканых изделий. Эстонцы Новопетровки отмечают высокое качество домашнего сукна: вытканное в середине ХХ в., в некоторых семьях оно и сейчас сохраняется в предметах одежды и бытовых тканях. О черном домашнего ткачества сукне в Новопетровке говорят: «Обрабатывали не хуже, чем сейчас фабричное сукно» (д. Новопетровка)85. Бытуют разные житейские истории: «Ткали раньше сами. У нас бабушка очень хорошо ткала. Сукно так хорошо ткала. Сами-то шить не могли по-настоящему. Дядька один у меня работал на железной дороге в городе Красноуфимске, и отсюда они повезли сукно туда, в мастерскую, шить костюм. И мастер там говорит: «А вы где такой материал брали?» Дядя отвечает: «Как где брали, это мать выткала». – «Как мать выткала!? Такое сукно мать выткала? Не может быть! Это фабрика сделала». Дядя говорит: «Нет, это мать выткала» (д. Новопетровка)86. У эстонцев Сивинского района до настоящего времени сохраняются домотканые льняные белые простыни, а также полушерстяные цветные одеяла. Домотканые одеяла представляли собой цельное широкое полотно, сотканное из льняных (основа) и шерстяных (уток) нитей. При этом нити утка заметно доминировали над нитями основы. Орнаментация одеял выполнялась в виде поперечных разноцветных полос естественных оттенков некрашеной шерсти (черные, белые, серые), в других случаях полосы выполнялись из цветной крашеной шерсти более ярких оттенков (красного, белого, черного и др.).
К традиционным женским занятиям следует отнести также и вязание. Обычно на пяти спицах вязали изделия из домашних шерстяных нитей – варежки, носки, чулки, а позднее также и шерстяные шали. Узорное двухцветное и многоцветное вязание, использовавшееся для орнаментации варежек и поголешек чулок ярко характеризует эстонскую традицию и свидетельствует о том, что технологические и декоративные навыки вязания были перенесены со старой родины и сохранены в Прикамье. Для орнаментации бытовых тканей использовалась также и вышивка. Вышивали полотенца, вензеля на простынях и наволочках, реже орнаментировали вышивкой женские кофты. Обычно использовали техники стебельчатого и тамбурного шва, вышивку гладью. К женским домашним ремеслам можно отнести также и технологии изготовления предметов одежды, бытовых тканей.
Ориентация хуторского хозяйства на сельскохозяйственное производство, изготовление орудий труда и утвари лишь для внутреннего потребления, слабое развитие рынков сбыта и товарно-денежных отношений не способствовали развитию в эстонских хуторах кустарных промыслов и ремесел.
Таким образом, домашние промыслы и ремесла обеспечивали крестьянское хуторское хозяйство необходимыми орудиями труда, транспортными средствами, утварью, предметами быта. Большая часть изделий производилась внутри эстонских хуторских поселений и была ориентирована на внутреннее потребление, что обеспечивало сохранение этнической специфики в созданных предметах. Технологические и декоративные традиции ткачества, вязания, создания и орнаментации конской упряжи, обработки дерева позволяли эстонским мастерам создавать высокохудожественные произведения народного декоративно-прикладного искусства.