Читаем «Это мое тело… и я могу делать с ним что хочу». Психоаналитический взгляд на диссоциацию и инсценировки тела полностью

Конечно, она допускала ошибки, нормальные для новичка, но потом обратилась за помощью, так много для этого сделала, а сейчас не может пожать урожай, другие сделают это за нее, подведут итоги и передадут их начальству! «Это как марафон, когда человек пробежал 42 км, а потом другой пересекает финишную прямую за него! Это мой проект, мой ребенок!» (Другая юная пациентка, Николь Куадбек, смогла взять под контроль свое мучительное желание иметь ребенка, купив себе старую больную лошадь, для которой смогла стать матерью, и сказала: «Наконец у меня есть ребенок!»[32].) Я спрашиваю ее, какие задачи перед ней стоят на время стажировки, что у нее за работа, что это за отель. «Это же отель Х, 4 звезды, 218 номеров! А вы как думали!» Она, как комиссар, управляет (!) отделом. Она получает прибавку к зарплате стажера. Либо описание ее серьезных задач отражает ее фантазии о всемогуществе, либо ее бесстыдно используют как недорогую рабочую силу.


13 ноября 2008

Она обсуждала на групповой сессии, как ей справиться с днем рождения отца. Сначала она пойдет на корпоратив, а потом к отцу. Она звонила отцу, он был немногословен, очевидно, обиделся, что она не будет на всем празднике.

Сейчас у нее негативный образ отца и мой образ тоже — из-за ссоры насчет сессии, которую она хотела пропустить, а образ группы — позитивный, как и образ матери.

Она позвонила ему еще раз, объяснила ему, что у нее анорексия и запланированный обед из семи курсов для нее — это будто ее «прогоняют сквозь строй». Отец ответил: «Ладно, тебе тяжело, и я отменю это меню для тебя. Все закончилось хорошо (как и со мной), но ей все равно пришлось заплакать. Это как трещина в отношениях, хотя все и хорошо. «Что за трещина?» — «Ну, он обиделся». — «Как и здесь». — «Не совсем, корпоратив не так важен, если бы это был день рождения лучшей подруги, я бы отказалась от корпоратива». Она использовала его, чтобы не проводить все время с семьей.

Я думаю о том, что корпоратив и отношения с отцом противопоставлены друг другу, как групповая и индивидуальная терапия, и она тут же говорит, что в понедельник она наконец поняла идею терапии. Если одна часть терапии воспринимается негативно, вторая становится положительной. «Как отец и мать», — говорю я. В выходные был день рождения ее подруги в Б., она осталась там до трех часов ночи, но потом все равно поехала домой, потому что не хотела ночевать там. В остальном она может рассказать только хорошие новости о работе, где она получила положительные отзывы после инвентаризации. Ее разговор о персональном росте прошел хорошо, начальник департамента хочет взять ее к себе. На встрече представителей концерна со стажерами другой коллега предложил ей подать заявку в отдел корпоративных коммуникаций, где она уже однажды работала. Но там одни женщины… Женщина, которая будет ее принимать на работу, хорошо о ней отзывалась. «Я боюсь, что получу это место».

Это опять же словно отец (начальник департамента) и мать (женщина на новом месте работы).

Она думает, что хорошо все устроила с днем рождения отца, но в два подхода: сначала сказала «нет» (корпоратив), а потом «да» (как и со мной, сессия под вопросом, потом отменяется).

Сон: семья с маленьким больным ребенком от трех до четырех лет. Отец говорит, что ребенок получает слишком мало материнского молока, как будто мать не может еще кормить. Но ребенок скорчил рожу. — Ее старшего брата кормили совсем недолго, а потом у него начались аллергии, в том числе на лактозу. Поэтому пациентку кормили очень долго. Она хорошо воспринимает молоко и молочные продукты, долго только ими и питалась. У брата был серьезный нейродермит, он много раз лежал с ним в больнице, но потом это прошло… т. е. материнского молока ей было достаточно, она не знает, чего ей не хватало или что шло не так. Если бы она знала, что такое материнская любовь, она точно могла бы достать ее где-то еще. «Или все же нет», — говорю я. По крайней мере, она смогла вспомнить о запретах, которые при этом исходили от отца: в церкви дети должны были вести себя тихо, их шум и в других ситуациях действовал отцу на нервы.


19 ноября 2008

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека психоанализа

Исчезающие люди. Стыд и внешний облик
Исчезающие люди. Стыд и внешний облик

Автор книги, имея подготовку по литературе, истории, антропологии и клиническому психоанализу, рассматривает вопрос о том, как человек, контролируя свой внешний облик, пытается совладать со своими чувствами. Считая, что психология внешнего облика еще не достаточно исследована, Килборн объединяет в своей книге примеры из литературы и своей клинической практики, чтобы сделать следующее утверждение: стыд и внешний облик являются главной причиной страха, возникающего и у литературных персонажей, и у реальных людей. Автор описывает, что стыд по поводу своего внешнего облика порождает не только желание исчезнуть, но и страх исчезновения.«Исчезающие люди» являются неким гибридом прикладной литературы и прикладного психоанализа, они помогают нам понять истоки психокультурного кризиса, потрясающего наше ориентированное на внешность, побуждающее к стыду общество.Книга будет интересна не только психоаналитикам и студентам, изучающим психоанализ, но и широкому кругу читателей.

Бенджамин Килборн

Психология и психотерапия / Психотерапия и консультирование / Образование и наука

Похожие книги