Евангелие от LUCA. В поисках родословной животного мира

* Воспроизводится, с небольшими дополнениями, из статьи: Винарский М. В., Бондарев А. А., Марков А. В. Моллюски в фанерозойских морских сообществах: выводы из анализа глобальных палеонтологических баз данных // Палеонтологический журнал. 2010. № 4. С. 6–18.

Полученные нами результаты наглядно представлены на графике (рис. 10.2).

Хорошо видно, что общая тенденция состояла в прогрессирующем увеличении числа родов морских животных во времени. Это была не гладкая и поступательная динамика, а драматический процесс, в котором случались «взлеты» и «падения». Но за каждым большим вымиранием прошлого, которых палеобиологи сейчас насчитывают пять (пермско-триасовое лишь самое масштабное из них), непременно следовали восстановление былого изобилия родов и новые рекорды биологического разнообразия. В каком-то смысле эти вымирания имели прогрессивное значение, потому что в их ходе с лица земли сметались «отжившие свое» группы примитивных животных, а освободившееся место занимали эволюционно «продвинутые» формы. (Это не нужно абсолютизировать; даже в современной фауне позвоночных весьма высокоорганизованные млекопитающие сосуществуют со сравнительно примитивными амфибиями.)

Такая же тенденция прослеживается, если рассмотреть отдельно один из типов животных. Мы выбрали для этого моллюсков, которые не только всегда были обильно представлены в морях и океанах, но и прекрасно сохраняются в палеонтологической летописи (за исключением сравнительно немногочисленных групп, лишенных раковин). Результат был однозначным: разнообразие морских моллюсков неуклонно повышалось от кембрия к концу кайнозоя, и описывающая его динамику ломаная линия имеет практически ту же форму, что и линия, характеризующая развитие морской биоты в целом (см. рис. 10.2).

К сожалению, пятью массовыми вымираниями в истории Земли дело не ограничилось. Сейчас только ленивый не говорит и не пишет о шестом вымирании, постигшем биоту нашей планеты по вине человека. В абсолютных цифрах современное исчезновение родов и видов пока еще не столь масштабно, как это было на границе перми и триаса, но темпы этого процесса впечатляют. Хотя человек разумный стал оказывать воздействие на животный мир еще в ледниковую эпоху (древним охотникам нередко приписывают существенный или даже решающий вклад в исчезновение плейстоценовой мегафауны во главе с мамонтами), подлинно катастрофический натиск на биоразнообразие начался совсем недавно, после наступления эпохи индустриализации.

Можем ли мы надеяться, что, как и раньше, очередное великое вымирание закончится быстрым восстановлением утраченного биоразнообразия? Увы, шансы на такой исход не выглядят блестящими. В большинстве случаев виды животных в наши дни вымирают не потому, что их прицельно истребляет человек, как это случилось в прошлом с эпиорнисами, птицей додо и, вполне вероятно, мамонтами. Причина состоит в том, что антропогенная активность трансформирует — в нужную человеку сторону — целые экосистемы, а это обычно приводит к их деградации, упрощению исходной структуры и вымиранию видов, не способных адаптироваться к резко изменившимся условиям. Богатые видами сообщества копытных степей и саванн сменяются миллионными стадами коз и овец, начисто выедающими и вытаптывающими растительный покров. На место девственных лесов приходят «лесопарки», в которых не каждая птица и не каждое лесное насекомое сможет поселиться. Прогресс техники и цивилизации ведет к тому, что все большая площадь поверхности земли становится непригодной для поддержания естественных и разнообразных сообществ. Преобразованные человеком ландшафты «заточены» под его потребности, и даже если предположить, что по мановению волшебной палочки шестое вымирание возьмет да и закончится, то для восстановления утраченного числа видов просто не останется экологического пространства. Почти все оно будет занято человеком, его постройками, возделываемыми землями и транспортными коммуникациями. Уже сегодня естественные местообитания, в которых может идти биологическая эволюция, сосредоточены в основном в особо охраняемых природных зонах — заповедниках, заказниках, национальных парках. Исчезли непрерывные, тянущиеся через целые континенты пояса лиственных лесов, степей, джунглей. Так стремительно сокращается «эволюционное пространство», на котором могут возникнуть новые виды животных.