Читаем Еврейский взгляд на русский вопрос полностью

Поразивший Россию кризис ясно выявил, что еврейский дом находится далеко за пределами СНГ. В тяжелую минуту вспомнили обрусевшие ассимилянты и обыватели об Израиле, где их ждут братья, готовые поделиться с ними кровом. Все трудности абсорбции никак не умаляют того факта, что у каждого еврея России появилась возможность обрести себе дом и закончить цикл двухтысячелетних скитаний семьи своей.

Это вовсе не означает, что евреи были в России пятой колонной. Наоборот, их вклад в науку, искусство и экономику этой страны был неописуемо велик. Евреи были всегда лояльными гражданами тех стран, в которых проживали в период рассеяния. Вместе с тем нынешний массовый исход должен еще раз напомнить нам о необходимости оставить существующие поползновения со стороны прослойки несгибаемых ассимилянтов вписаться в число вершителей судьбы России. Не знаю, какие уроки еще должна нам преподнести история, чтобы убедить этих жестоковыйных оставить чужие поля и виноградники и направить силы на строительство своей страны и своей культуры. Как ни жаль, но заславские, шейнисы и боксеры

[1]
не понимают, что любой мыслящий россиянин справедливо видит в них потенциальных граждан Израиля, ведь четыреста тысяч уже уехали, а большинство остальных помышляют об отъезде.

Если бы мы должны были выразить единым словом самый разумный подход евреев России к делам этой страны, то мы бы выбрали «невмешательство». Процесс переселения еврейского населения России в Израиль кажется сегодня необратимым, как и обращение всех народов СНГ к своим национальным культурам.

Предлагаемая здесь теза не является новшеством. Еще в начале семидесятых годов в еврейском движении велись бурные дебаты между теми, кто занимался деятельностью в пользу выезда в Израиль и возрождения еврейской культуры в СССР и их оппонентами, видевшими себя неотъемлемой частью демократического движения. История сама рассудила их. Если стремление к репатриации и созданию полулегальных институтов для изучения иврита и иудаизма увенчалось конкретным успехом, выраженным, среди прочего, в приезде в Израиль в течение семидесятых годов ста семидесяти тысяч евреев, то деятельность ассимилянтов-демократов закончилась полным крахом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мохнатый бог
Мохнатый бог

Книга «Мохнатый бог» посвящена зверю, который не меньше, чем двуглавый орёл, может претендовать на право помещаться на гербе России, — бурому медведю. Во всём мире наша страна ассоциируется именно с медведем, будь то карикатуры, аллегорические образы или кодовые названия. Медведь для России значит больше, чем для «старой доброй Англии» плющ или дуб, для Испании — вепрь, и вообще любой другой геральдический образ Европы.Автор книги — Михаил Кречмар, кандидат биологических наук, исследователь и путешественник, член Международной ассоциации по изучению и охране медведей — изучал бурых медведей более 20 лет — на Колыме, Чукотке, Аляске и в Уссурийском крае. Но науки в этой книге нет — или почти нет. А есть своеобразная «медвежья энциклопедия», в которой живым литературным языком рассказано, кто такие бурые медведи, где они живут, сколько медведей в мире, как убивают их люди и как медведи убивают людей.А также — какое место занимали медведи в истории России и мира, как и почему вера в Медведя стала первым культом первобытного человечества, почему сказки с медведями так популярны у народов мира и можно ли убить медведя из пистолета… И в каждом из этих разделов автор находит для читателя нечто не известное прежде широкой публике.Есть здесь и глава, посвящённая печально известной практике охоты на медведя с вертолёта, — и здесь для читателя выясняется очень много неизвестного, касающегося «игр» власть имущих.Но все эти забавные, поучительные или просто любопытные истории при чтении превращаются в одну — историю взаимоотношений Человека Разумного и Бурого Медведя.Для широкого крута читателей.

Михаил Арсеньевич Кречмар

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Прочая научная литература / Образование и наука
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика