Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

В Лондоне боятся, как бы наступление японцев в Сибири не настроило русское общественное мнение против союзников по Антанте. В настоящее время в России превалирует большевистское мнение, направленное против союзников. Возможно, русские противники большевиков рады японской поддержке. Как бы там ни было, если японцы зайдут достаточно далеко, чтобы не дать немцам получать продовольствие из Сибири, это уже большая победа.

В письме из Лондона говорится: «Положение внутри страны нельзя назвать хорошим. Распространены пацифистские настроения, которые подпитываются дефицитом мяса. Низшим классам последнее время так переплачивали, что они переедали, и теперь возмущаются, получая всего фунт мяса в неделю, в то время как раньше они — в среднем — ели по 2 фунта в день. В самом деле похоже, что некоторые из наших так называемых государственных деятелей намерены спровоцировать революцию. Говорят, что Л. Д. предложил свои услуги юнионистам».

Клемансо имел вчера в Палате депутатов большой успех.

12 марта 1918 г.

Вчера приходил архитектор посольства. Он предупредил, что с моей стороны неблагоразумно оставаться в гостиной во время налета. Если не считать того, что бомба может упасть на крышу бальной залы, здесь достаточно пространства для того, чтобы в окно влетела воздушная торпеда. Однако вчера, когда сразу после ужина прозвучала тревога, я, как и все остальные, спустился в погреб. Налет продолжался почти три часа. После отъезда дипкурьера в Лондон ко мне присоединился Монсон. Как и во время предыдущего налета, казалось, что самолетные орудия стреляют иногда совсем близко, а иногда — очень далеко. Иногда очередей вообще не было слышно. Бомбы взрываются совсем с другим звуком. Мы слышали три мощных взрыва. От вибрации распахнулись ворота соседнего дома. На Париж и его окрестности упало около 30 бомб. Три упали неподалеку от военного министерства. Одна — рядом с посольством Германии, одна — Люксембурга, одна — на площади Республики, одна рядом с Институтом Пастера, одна за Трокадеро, одна возле Пер-Лашез, две в Севре, две возле Лионского вокзала, несколько на севере Парижа. Одна бомба упала возле станции метрополитена на улице Боливар, рядом с Северным вокзалом. Среди тех, кто прятался на станции, началась паника, и многие (как сообщают, 76 человек) пострадали в давке. Ходил смотреть ущерб, причиненный военному министерству и соседним кварталам. Весь фасад военного министерства в дырах от шрапнели, все окна выбиты; то же самое с другой стороны бульвара. Разбиты витрины магазинов. Улица Сент-Доминик: в соседнем дворе с кабинетом министров упала бомба, и дом загорелся; говорят, убиты несколько офицеров. Выше, на бульваре Сен-Жермен, также упала бомба и причинила разрушения. Немцы, конечно, попытаются поссорить французов и англичан, объявив, что бомбардировка Парижа стала необходимым воздаянием за бомбардировку британскими самолетами германских открытых городов вдали от линии фронта.

Меня посетил переводчик британской дивизии, которая расквартирована в окрестностях Лилля. Он говорит, что у британских войск великолепный боевой дух, но их раздражает, что немцы затягивают с наступлением.

Утром встретил Клемансо, когда он выходил из кабинета. Завтра утром он едет в Лондон. Премьер-министр в его лице найдет не просто равного; его не запугать. Уже произошел обмен язвительными письмами и телеграммами. Остается надеяться, что на этих встречах удастся урегулировать очень серьезные вопросы угля для Италии и корабельного сбора для Франции. Боюсь, что суд над Кайо не состоится до мая. Такие дела тянутся слишком долго.

Маклаков, так называемый посол России, хочет и не хочет японской интервенции в Сибири.

14 марта 1918 г.

Мистраль, социалист, представитель меньшинства, пишет в «Юманите», что поводы, приводимые Японией для вмешательства, — лишь предлоги для того, чтобы отхватить кусок России, которую бросили страны Антанты, и что Антанта из враждебности к русской революции не станет противодействовать Японии, чья интервенция бросит Россию в руки Германии.

Утром ко мне приходил доктор Диллон. По его словам, он — за войну до победного конца. Он полагает, что, если Ллойд Джордж падет, формировать правительство поручат Лансдауну, так как Харконт, Лорберн, Бакмастер, Маккенна и Рансимен очень захотят там оказаться. А Асквит? И согласится ли на это страна? В состав кабинета наверняка войдет Гендерсон. Какая это будет катастрофа! Но выборов еще нет.

15 марта 1918 г. Только что (13.45) прогремели два взрыва. Судя по звукам, они пришлись южнее Парижа. Голуби перепугались, и мои бумаги покрылись мелкой черной пылью. Боюсь, что взорвался какой-нибудь пороховой завод или завод по производству снарядов.

Здесь немного боятся, как бы наши забастовки и позиция Лейбористской партии и пацифистов не заставили нас заключить преждевременный мир.