Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

Вчера здесь ужинал Бабингтон Смит, представитель Национального банка Касселя в Константинополе. Тамошний банк и его лондонская контора работают под присмотром: Эдди Стонор, который по заданию автомобильного завода «Рено» «путешествует» в окрестностях Парижа и приписан к нашему летному корпусу, приехал с фронта ради того, чтобы заниматься авиационными моторами, которые производят его работодатели. Несколько дней назад он пил чай с Френчем, и тот подтвердил: действительно недавно немецкие и британские офицеры устроили дружескую встречу на передовой. После беседы на английском один из наших офицеров, показав на Железные кресты, в шутку спросил, не награждали ли ими еще до начала боев. В ответ немцы щелкнули каблуками, отдали честь, повернулись к кругом и вернулись себе, после чего снова открыли огонь. Считаю такой обмен визитами ошибкой.

Сегодня к обеду приезжали генерал Гендерсон[111], который находится здесь по авиационным делам (после руководства военной разведкой он возглавил военно-воздушные силы), профессор Морган и доктор Рошар, мой врач или, точнее, хирург. Он — главный врач парижского госпиталя Святого Людовика и недавно навещал своего кузена, генерала Фоша. Генерал Гендерсон оказался интересным собеседником. Он производит впечатление человека сильного. По его словам, немцы дерутся отважно, но он уверен, что мы победим. Он помог профессору Моргану изучить германские уловки в ведении войны, приведя примеры обмана и предательства. Доктор Рошар, бретонец по происхождению, ранее служил во французском военно-морском флоте. Он немного ревнует к нашему ВМФ и склонен преуменьшать наши достижения на море. Однако он отдал должное нашей военной организации, храбрости и находчивости наших офицеров и солдат. Он сказал, что Фош и Френч находятся в наилучших отношениях и между ними царит взаимопонимание. Во второй половине дня я, подчиняясь приказу, отправился с визитом к Сесиль Мюрат, у которой я застал мадам де Шевинье. Дочь Сесиль только что родила второго ребенка — сына. Его отца, который сражался в рядах британской армии, убили несколько недель назад. Один ее сын служит переводчиком при генерале Гендерсоне. Она рассказала, что одного французского пехотного капитана судил военный трибунал за братание с немецким офицером, и его расстреляли! Неужели это правда? Она, как и все, кто рассуждает об особенностях британских военных, резко осуждала то, что офицеры держат охотничьих собак и относятся к войне недостаточно серьезно; многие из них считают войну своего рода спортом. Я мягко предположил, что, воюя в рядах добровольческой армии, нужно как-то отвлекаться. И все же я не могу по-настоящему защищать охоту на лис и зайцев в нынешних условиях. Во времена Веллингтона все было по-другому. Армии уходили на зимние квартиры; тогда страны не вели борьбу не на жизнь, а на смерть.

Здесь зреет замысел, который отстаивает Клемантель, докладчик Финансовой комиссии Национального собрания. В соответствии с ним необходимо открыть заем примерно на 800 миллионов фунтов, под гарантии Великобритании и Франции, для Англии, Франции и всех, кто воюет на их стороне, а после войны образовать своего рода Zollverein[112]. Я сказал своему информанту, что это означает удешевление долга другим воюющим сторонам за счет Великобритании, или повышение процентной ставки для британских налогоплательщиков в их пользу. Так было, когда великие державы настояли на присоединении к Англии к «египетскому займу»: после такого шага проценты по займу стали выше, чем если бы мы выступили единственными гарантами, что и предлагалось вначале. Что же касается таможенного союза, со страной свободной торговли, какой является Англия, он будет неосуществим. Тем не менее, чтобы возместить некоторые убытки торговли с Германией после войны, нам придется вернуться к торговому договору с Францией, подобному договору 1860 года: нельзя допустить, чтобы нашей торговле препятствовал конкурирующий французский тариф, созданный промышленниками с такой целью.

Предполагаемого визита Ллойд Джорджа с интересом ожидают финансовые круги, поскольку о нем стало известно. Делькассе уверяет, что он не приедет до конца месяца. Галлиени, крайний радикал, насколько мне известно, интригует с отдельными политиками, стремясь устранить Мильерана, на которого, по словам социалистов, слишком сильное влияние оказывают его военные советники: он очень популярен в армии, и, если он покинет военное министерство, его уход окажет очень плохое действие. Вечером у меня был Мюррей Элибанк; он говорит, что Френчу вредят многие. Китченер интригует, и есть сторонники Френча (френчисты) и Китченера (китченеристы). Если Китченер возьмет командование на себя, будет катастрофа, так как он тут же рассорится с Жоффром, Фошем и всеми французскими генералами.