Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

3 февраля 1915 г. Я сопровождал Ллойд Джорджа на аудиенцию у президента Франции. Их беседа была всецело посвящена одной теме: военной экспедиции, англо-французской или только британской, в Салоники, с целью обязать Грецию и убедить Румынию помочь Сербии против нападения Австрии и Германии, которые хотят сокрушить ее. Правительство Великобритании считает: чтобы ослабить германский натиск на севере, следует предпринять усилия и ввести в действие новые силы на востоке. Венизелос[120] предложил направить в Салоники контингент численностью 5 тысяч человек. Китченер считает, что необходим армейский корпус в составе двух дивизий. Если в экспедиции примет участие только Великобритания, общая численность корпуса составит около 36 тысяч человек. Президент сказал, что он видит определенные преимущества, как дипломатические, так и политические, в предложениях, выдвинутых Ллойд Джорджем, и французское правительство проконсультируется с генералом Жоффром, чьи взгляды, по его мнению, разделяют генерал Фош и сэр Джон Френч. Очевидно, генерал не сможет послать в Салоники любой контингент из числа своих армий. По его словам, потребуются очень веские дипломатические и политические соображения, чтобы оправдать правительство Франции в его пренебрежении к взглядам военного руководства. Помимо того, Ллойд Джордж привлек внимание президента к целесообразности учреждения во Франции совета при участии представителей французского, русского и британского главнокомандующих, чтобы последние были в курсе намерений и действий своих коллег. В настоящее время наблюдается отсутствие координации между армиями союзников, что предоставляет преимущество германскому главнокомандующему. Судя по всему, Пуанкаре одобрил это предложение.

4 февраля 1915 г. Поскольку канцлер казначейства желает побеседовать с Брианом, я пригласил их встретиться сегодня за ужином в посольстве. Нас было шестеро — Вер[121] с женой, а также леди Алджернон Леннокс. После ужина мы с Ллойд Джорджем и Брианом перешли в библиотеку. Я выступал в роли переводчика. Ллойд Джордж немного понимает по-французски, но не слишком хорошо. Хотя суть беседы двух министров можно было изложить за двадцать минут, разговор (с переводом) продолжался более полутора часов. Ллойд Джордж в основном приводил те же доводы в пользу экспедиции в Салоники, которые он ранее излагал президенту. Бриан сказал, что раньше, около трех месяцев назад, он сам выступал за эту меру — отправить в Салоники франко-британские силы в составе почти 400 тысяч человек с целью ослабить давление Германии на Бельгию и Францию, но французские военные выступили против, и правительство отклонило предложение. Вчера, после заявления от имени правительства Великобритании и после консультаций по телеграфу с генералом Жоффром, они вернулись к обсуждению и приняли предложение в принципе. Бриан объяснил свои взгляды следующим образом: чтобы разрядить обстановку в Бельгии и на севере Франции, где ситуация становится тупиковой, кампанию следует переместить на Балканы. Такие меры, как экспедиция в Салоники в составе британских и французских войск при участии греческой армии, а также давление со стороны России, наверняка вынудят Румынию вступить в войну. Кроме того, они заставят определиться Болгарию, у которой, возможно, имеются обязательства перед Австрией, Германией и даже Турцией, — это кажется вероятным после вывоза турецких пушек и войск из Адрианополя. Правда, Болгария едва ли будет соблюдать свои обязательства перед названными странами, если ее правительство поймет, что Антанта больше соответствует болгарским интересам, чем Австрия и Германия. Если русские войска высадятся в Варне или, с согласия правительства, войдут в Румынию, королю и правительству Болгарии придется перейти на сторону Тройственного союза или лишиться своих постов.

Я показал Бриану меморандум о решении, к которому пришел совет на сегодняшнем утреннем заседании; он счел его правильным.

11 февраля 1915 г. Супруга князя Радзивилла, в девичестве Кастеллан, любовница старого императора Вильгельма, которая (во всяком случае, была) в прекрасных отношениях с нынешним кайзером, написала знакомой, что он очень постарел: поседел, обрюзг, угрюм. Серьезные люди начинают понимать, что все складывается не очень хорошо. Мольтке хотел наступать на Верден, но кайзер решил идти на Кале, что предлагал Фалькенхайн; поэтому Мольтке был отвергнут. После того как наступление на Кале провалилось, вернулись к мысли о Вердене, и свита главнокомандующего пребывает в нерешительности.

Говорят, что здесь возобновляется социалистическая агитация против Мильерана и Жоффра, но они держатся друг друга: если социалистической партии удастся сместить Жоффра или вытеснить Мильерана, будет беда, так как и армия, и публика, во всяком случае, будут против снятия Жоффра. Мильеран настроен очень решительно и отказывается вмешиваться в решения Жоффра. По-прежнему наблюдается дефицит снарядов, требуемых для масштабного наступления и продвижения вперед.