Фантазии Дарио. Тру-крайм с поразительной развязкой

Полиция начала расследование. Стало известно, что у Романо Гальера был знакомый, подходящий под описание: толстый 50-летний брюнет с татуировками и густыми черными усами. Он как раз был из Масса-Финалезе, но его звали не Алес, а Альфредо. В городе его звали Альфредоне или Фредоне. Репутацию он имел сомнительную: в полиции обнаружили длинный список из преступлений, включая вымогательство и торговлю краденым, к которым Альфред имел отношение. Постоянной работы у Фредоне не было – он вечно играл в карты и без лишних рассуждений мог использовать свои массивные руки, чтобы прописать парочку sciafòn по лицу какому-то невезучему дружку. Кроме того, в городе говорили, что он сутенер, на которого работало несколько девочек. Считалось, что Гальера – его подручный, которого Фредоне заставлял выполнять всякие мелкие задания.

В то время Фредоне жил в загородном доме в Скортикино, меньше чем в пятнадцати минутах от Массы. Там же жила и некая Роза Мария. Когда к ним с целью ареста прибыл инспектор Антимо Пагано из полиции Мирандолы, Роза казалась искренне пораженной. Фредоне же не был удивлен. Он привык к полиции, обыскам и ночам в участке – может, даже и не понял, по какому поводу его снова арестовали. Инспектор Пагано услышал его фразу: «Надеюсь, Романо не облажался с чем-то». Фредоне имел в виду проблемы Романо с младшим сыном и его арест. А вот Роза была очень нервной и постоянно спрашивала у полицейских, в чем дело.

Фредоне рассмеялся:

– Не переживай, будем дома к утру.

Роза узнала, в чем ее обвиняют, уже в тюрьме в Ферраре. В сговоре с другими подозреваемыми она и ее муж предположительно нарушили несколько недавно ратифицированных статей уголовного кодекса, регулирующих меры реагирования на сексуальное насилие. Оказавшись в камере, Роза без сил рухнула на пол. Ей не разрешили взять даже сменную одежду. Услышав обвинения, Фредоне, содержащийся под стражей в Модене, перестал смеяться.

Через неделю обвинение показало Дарио фотографии подозреваемых. Он указал на одну из них, но затем отказался от своих слов. Алеса там не было. Вскоре после того, как они с госпожой Тонини ушли, он попросился назад и указал на фотографию толстого мужчины с мальчиком на руках. Это был Фредоне.

Дарио все еще собирался с силами, чтобы все рассказать. После месяцев вынужденного молчания он наконец понял, что ему больше нечего бояться, – в этом осознании ему очень помогла доктор Донати. Он был в безопасности. Да, говорить про произошедшее трудно, но теперь он знал, что ему будет проще, если он сбросит эту ношу. Именно поэтому Дарио продолжил называть имена.

«Леди Р. и ее дилер», как называли их некоторые местные, были не единственными насильниками. Родители возили Дарио в квартиру двух парней, которые разъезжали на «Веспах» – красной и черной. Там бывали и другие дети, которых родители оставляли с незнакомцами на пару часов. Дарио видел там ужасные вещи, но не мог опознать место и тех, кто сломал судьбы стольких детей.

Имена Франчески и Федерико были в длинном списке подозреваемых, а имена двух маленьких девочек из Мирандолы – Элизы и Марты – в списке жертв. Доктор Донати уже начала сессии с ними: Элизе предстояло справиться со своими травмами, а Марте – пройти непростую сепарацию от матери. Они были соседками, а их родители – Франческо и Федерико – были друзьями. Пусть они и жили в 15 километрах от Массы, Дарио был с ними знаком.

5

К лету 1997 года, всего через 3 месяца после первых откровений Дарио, сеть педофилов уже приобрела размах в 15 километров: от Массы до Бондено и Мирандолы. 11 июля, когда по радиостанциям на повторе крутили последнюю песню Puff Daddy – I’ll Be Missing You, прошла встреча Альберто Цирольди, судьи по предварительным расследованиям Модены, с Дарио, доктором Донати и ее коллегой. Дарио, вновь превозмогая стыд и стеснение, удалось рассказать им про случаи насилия.

Несколько дней спустя были разосланы обвинения в отношении Романо, Адрианы, Игоря, Розы, Фредоне, четы Скотта и Франчески. В сентябре того же года Франческа покончила с собой, так что остальным обвиняемым предстояло сидеть на скамье подсудимых без нее. Обвинителям Модены казалось, что все готово. У них были показания Дарио, результаты медицинских обследований Элизы и Марты, а еще они верили, что Марта вот-вот расскажет о произошедшем. Они не сомневались, что обвиняемые загнаны в угол.

Приблизительно в это время доктор Донати встретилась с прокурором Андреа Клаудиани. Психолог была встревожена и хотела немедленно с ним пообщаться, потому как Дарио, вернувшись с летних каникул в Гаргано, куда он ездил с Тонини, упомянул еще более зловещие события, чем прежде. Клаудиани оторвался от своих дел и внимательно ее выслушал.