Фантазии Дарио. Тру-крайм с поразительной развязкой

Сидя за своим привычным столиком в «Траттория далла Марта» – популярное место среди дальнобойщиков, фермеров и рабочих из Сан-Феличе-суль-Панаро, небольшого городка поблизости от Масса-Финалезе, – дон Джорджио, казалось, совсем не переживал из-за обвинений. В прессе его имя не называли напрямую, однако журналисты оставили несколько довольно очевидных намеков на его личность, а потому все знали, что речь шла именно о нем. Читая статьи с ежедневно обновляющимися данными, что просачивались из офиса прокурора Модены, люди из соседних городов и приходов начали сомневаться в священнике. Он держался спокойно – по крайней мере пытался – ради своих друзей. Пожимая плечами, он говорил, что это всего лишь ошибка, а правда рано или поздно станет явной. Дон Джорджио был уважаемым и всеми любимым человеком, и голословных обвинений было мало, чтобы люди восприняли обвинения всерьез. Более чем за 50 лет он никогда не нарушал закон и ни разу не ссорился с многочисленной паствой Сан-Феличе, Финале-Эмилия, Массы, Кампосанто, Стаджи и Сан-Бьяджо. С середины 1960-х годов он крестил, причащал, венчал и хоронил местных. Едва ли можно было найти приход, в котором он не провел бы мессу, где не организовывал бы поездки или каток для детей. Но была и другая причина, по которой люди его так любили. В сердце Эмилия-Росса жили трудолюбивые люди, и дон Джорджио был одним из них. Мало того, что он стоял за алтарем и благословлял души людей, читая проповеди: дон Джорджио вставал на рассвете, залезал в свой грузовик и зарабатывал себе на жизнь до самого вечера, как и все остальные. «Священник-дальнобойщик» – вот как его звали местные.

Дон Джорджио родился в 1941 году в Додичи-Морелли, деревне недалеко от Финале-Эмилии. Он был вторым из трех сыновей дальнобойщика. Казалось, что он хотел стать священником с самого детства. После Второй мировой войны, когда ему было всего 6, дядя повез его в паломничество в Сан-Джованни-Ротондо. Когда они вернулись, дядя рассказал всем, что Падре Пио из Пьетрельчины, проходя через толпу, внезапно остановился перед Джорджио, маленьким мальчиком с темными кудрями и небольшими глазами, прикоснулся к его лбу забинтованной рукой и сказал: «Ты станешь священником». Святой оказался прав. В пятом классе Джорджио сказал матери, что хочет принять монашеский сан, а позже поступил в древнюю семинарию в Нонантоле близ Модены. Это было трудным, но смелым решением. Мальчик столкнулся с суровыми зимами, которые приходилось проводить в одиночестве, вдали от семьи. Лишь сильная вера помогла ему справиться с таким испытанием.

Сутану он получил 5 лет спустя, а в 1966 году стал полноправным священником. Примерно тогда же он получил права на управление грузовиком с прицепом, так как после смерти отца Джорджио хотел продолжить его дело. Если дон Джорджио не проводил мессу, это означало, что он загружал и разгружал свеклу и пшеницу для новых кооперативов Эмилии. Иногда он развозил грунт, который везли из Германии в Мирандолу и Сассуоло для снабжения керамической промышленности, чтобы превратить регион ремесленников в движущую силу экономики Италии. После тяжелой физической работы Джорджио переодевался и снова становился священником. С сигариллой между зубов он нес Слово Божье, разрешал споры местных и работал допоздна, организуя церковные ярмарки и паломничества. Он никогда не сидел без дела, а останавливался лишь для того, чтобы перехватить тарелку минестроне с бокалом вина в ближайшей таверне, особенно в траттории далла Марта, которая стала его вторым домом с момента переезда в Сан-Феличе-суль-Панаро в середине 80-х годов.

В то же время в сельскую местность вокруг Бассы начали прибывать переселенцы первой волны африканских миграций. В последующие годы их стало еще больше. Вскоре эти группы maruchín и nègar, как называли их местные, заселились в полуразрушенные здания, заброшенные еще с начала века. Днем они ходили по округе, предлагая свои услуги местным фермерам и предприятиям, а ночью, волоча за собой пластиковые пакеты, возвращались по темным полям в лачуги без газа и электричества. Священник-дальнобойщик начал разыскивать владельцев этих заброшенных зданий – хотел договориться о ремонте этих домов в обмен на разрешение приютить голодающих и страждущих, которые становились растущим слоем общества и источником рабочей силы.