Фантазии Дарио. Тру-крайм с поразительной развязкой

– Ну брось, вылезай, – пытался уговорить ее отец, но девочка не поддавалась и продолжала рыдать. После нескольких попыток Джулиано вытащил ее за руку и обнял. Он тоже плакал. Все 15 минут, что они добирались из Павиньяне в Мирандолу, Джулиано и его жена, Моника Рода, старались успокоить дочь. Джулиано объяснил, что маме с папой надо кое-что решить. Социальные службы отдадут Кристину другой семье, но это временно, а они будут навещать ее, пока все не наладится.

Джулиано и Моника оба родились в Масса-Финалезе. Они были женаты уже почти 10 лет, но в последнее время плохо ладили. Из-за перенесенного в детстве менингита Моника была достаточно хрупкой, но к проблемам со здоровьем прилагалась еще и разрушительная неуверенность в себе. После рождения Кристины у них появился Риккардо. Мальчик родился недоношенным, на сроке всего 7 месяцев, к тому же у него были проблемы с психомоторным развитием. Восстановление Моники после родов проходило не гладко. Она давно страдала от спорадических приступов эпилепсии, но они усилились, и теперь к ним добавились скачки настроения, из-за чего она часто срывалась на Кристине. Моника боялась, что у нее случится срыв, пока Джулиано будет на работе на фабрике, и однажды это все-таки произошло – это оставило на психике Кристины неизгладимый след. Так как младенцу нужен был постоянный присмотр, они обратились за помощью к матери Джулиано, Лине.

Чуть позже Моника и Кристина переехали к матери Моники. Они приезжали к Джулиано только по выходным, и из-за этого трения между супругами лишь усугубились. Джулиано не нравилось такое положение дел, и он терпеть не мог тещу, которая отвечала ему взаимностью. Он хотел, чтобы Моника и Кристина приезжали домой чаще, но ухудшающееся здоровье жены все же заставило его уступить и смириться с положением дел.

Помимо всего этого, у Кристины были сложности с изучением языка, что потребовало вмешательства отделения детской нейропсихиатрии Мирандолы. Ее речевой терапевт, доктор Веронези, сразу же отметила сложности в семье девочки и решила, что это частично связано с Моникой. Рождение Риккардо и постоянная потребность во внимании лишь питали тревожность Кристины. Казалось, она думала, что никому не нужна и никто ее не любит. По этой причине доктор Веронези приостановила их занятия и отправила Кристину к своему коллеге, доктору Эмме Аванци, предупредив ту, что девочка страдает от «серьезного психологического дискомфорта, имеет склонность к депрессии со страхом быть покинутой и общей тревожностью».

Доктор Аванци тщательно наблюдала за Кристиной и пришла к выводу, что та выглядела «измотанной». Кристина не проявляла инициативу, была грустной, считала себя некрасивой и в общем имела проблемы с самооценкой. Иногда она вела себя «странно», была беспокойной и постоянно просилась в туалет. Играя с другими детьми, она сидела в необычной позе, «раздвинув ноги». Еще она рассказывала фантастические истории о монстрах и пытках, в духе сказки про Гензеля и Гретель, но ее истории «не заканчивались» – никакой развязки и счастливого конца.

По мнению доктора Аванци, причина проблем Кристины заключалась в поведении ее матери. В моменты между вспышками гнева и гиперопекой над Риккардо она явно отвергала Кристину. Казалось, что девочка ближе к отцу, но ее поза и выражение лица, когда она говорила о нем, позволяли предположить, что она что-то скрывала. Даже когда Кристина рассказывала, как папа водил ее в кино на «Титаник» или дарил подарки, она не проявляла энтузиазма. Но больше всего доктора Аванци тревожило, что за 2 года речевой терапии Кристина так и не добилась никакого прогресса – даже наоборот. «Нормальный» ребенок не расплачется на уроках религии или катехизиса. «Нормальный» ребенок не сможет придумать истории про монстров и жестоких родительских фигур в домике из Лего, где три кровати стоят рядом, а на окнах решетки; где кто-то делает «пись-пись» или какает; где повсюду кровь, а люди используют «медицинские трубки»; и где папа странно на нее смотрит, когда она моется.

Доктор Аванци обратилась к коллегам из социальных служб за помощью, и те познакомили ее с доктором Донати. Доктор Аванци слышала про ее работу с детьми из Массы и Мирандолы, так что рассказала ей про Кристину. У Кристины не было умственной отсталости, бреда или психоза, но она все равно тревожила доктора, из-за чего та и обратилась за помощью. «За шестнадцать лет работы я не видела ничего подобного. Что вы думаете по этому поводу?»