Фантазии Дарио. Тру-крайм с поразительной развязкой

– Но сначала тебе нужно помочь мне, приятель, а то… – добавил Цирольди.

– Давай, разомнешь свои мышцы, – снова доктор Каваллини. – Если расскажешь нам все, что на самом деле произошло, выйдешь отсюда и сможешь поиграть в волейбол, погулять по пляжу и насладиться другими вещами… Посмотришь на свои мышцы и подумаешь: «Ух ты, какой я сильный!»

– Нам долго надо тут быть? – уточнил Дарио.

– Чем быстрее ответишь, тем быстрее уйдешь, – ответил судья.

– Ты не слушаешь. Ты не слушаешь! – снова доктор Каваллини. – Это не идет тебе на пользу, не идет на пользу. Так мы будем сидеть здесь очень долго, и ты уйдешь куда позже, – говорила она, пока Дарио рисовал корабль. – Очень красивый корабль. Ну, теперь придется немного подождать… Ты сказал, что Алес фотографировал… Кого он фотографировал?

– Я не знаю, о чем вы, – мальчик все равно не понимал, чего от него хотят.

Через полтора часа судья и психологи сдались. Дарио позволили отправиться на пляж.

Что-то тут было не так. У меня сложилось впечатление, что взрослые пришли не для того, чтобы выслушать мальчика и понять, случилось ли с ним что-то, а чтобы заставить его заговорить. Чтобы он повторил все, что говорил своей приемной матери и доктору Донати на протяжении предыдущих месяцев. В конце интервью Дарио удалось сформулировать бессвязные обвинения. Если записать их, они не заняли бы и листа бумаги, но, что важнее, связной истории в них так и не было – ни начала, ни конца.

Я снова пересмотрел видео, отметив все случаи, когда кто-то из взрослых произносил слово пляж, чтобы подтолкнуть Дарио к сотрудничеству или подкупить его, и насчитал 11 раз. Если такой метод использовали в официальном, заснятом на пленку доказательстве в присутствии судьи, то что же происходило, когда Дарио оставался наедине с доктором Донати? Это видео представляло собой лишь начальные этапы судебного процесса. Неужели этого хватило для ареста всех, вполне вероятно, невинных этих людей?

Так как я не мог найти никаких следов Дарио онлайн, я начал искать его приемную семью, которые к тому времени официально его усыновили. В одной из старых газет Эмилия-Романьи была заметка, что отец семьи, господин Тонини, получил легкую травму, свалившись с газонокосилки. В статье упоминалось название города, где это произошло – крошечная деревня, где жило меньше 20 человек. Однажды зимним полднем мы с Алессией и Джулией приехали туда. Джулия привезла фотоальбом с детскими фотографиями Дарио. Мы спросили у местных, где жила семья Тонини, но нам сказали, что они переехали в город в 15 минутах оттуда. Новым домом Дарио было двухэтажное белое здание в нескольких шагах от ручья, за которым раскинулся лес. Во дворе напротив этого дома мы увидели парня с оливковой кожей – Маттео, приемный брат Дарио, которого тоже воспитали Тонини.

– Дарио дома? – спросила Джулия. – Я приехала из Масса-Финалезе и хотела поздороваться.

Маттео обернулся и указал на женщину, которая перегнулась через перила балкона:

– Можете поговорить с моей мамой.

Это была госпожа Тонини. Она немедленно спустилась вниз и распахнула дверь. Казалось, она встревожена. Что за люди искали ее сына спустя столько лет? После всего, что она пережила, чтобы сбежать от дьяволов, которые следовали за ним по пятам?

– Вы вообще не должны знать, где он живет. Это крайне меня беспокоит. Прошу вас покинуть этот дом сию же секунду. Не надо ничего мне говорить, показывать мне фотографии, и про меня ничего никому не рассказывайте. Я не хочу переживать это заново, мне слишком тяжело. – Она была непреклонна. – Уезжайте, я не собираюсь вас слушать. Иначе вызову полицию. Я вызову полицию!

Если бы мы остались, ситуация бы усугубилась, и мы решили, что лучше уехать. Но позже мы все же собирались вернуться – мы хотели поговорить с Дарио лично. На тот момент ему было 26 лет, а это значило, что он мог сам решить, рассказывать ли нам свою версию событий.

Несколько недель спустя мы сели в машину и начали наблюдать за домом Дарио с расстояния сотни футов в надежде, что он выйдет один и нам удастся к нему подойти. Мы были уверены, что он живет именно тут – госпожа Тонини случайно обмолвилась об этом во время нашей краткой встречи, – но не знали его расписание. Как-то мы приехали рано утром в субботу, рассчитывая, что он будет дома, а не на работе. Если предположить, что у него, конечно, была работа.

Шел дождь. Ждать было тяжело. Несколько мучительных минут казалось, что проезжающие мимо машины – единственное, что движется вокруг нас. Я сидел, листая новости на телефоне, чтобы скоротать время, и перед обедом наконец заметил тень человека, который переходил дорогу у белого дома. Вместе с собакой он шел прямо в сторону нашей машины. Я поднял глаза, и на долю секунды его лицо оказалось в считаных дюймах от моего окна. Я узнал его по асимметричным голубым глазам, которые казались больше из-за очков с толстыми стеклами. Он выглядел точно так же, как на видео и фото Оддины. Это был Дарио.