Желая очистить свою честь и честь Хаку, Забуза сражался один против армии наемников, нанятых Гато. Перед тем как испустить последний вздох, он попросил Какаши отнести его к телу Хаку, чтобы тот мог увидеть его в последний раз перед смертью. Внезапно пошел снег. Забуза положил руку на лицо Хаку и прошептал: «Если бы это было возможно, я бы хотел подняться туда вместе с тобой…»[11].
Несмотря на двадцать пятый пункт кодекса ниндзя, запрещающий им плакать, Наруто не смог сдержать слез. Позже, когда Сакура спросила Какаши, должны ли ниндзя жить так, как утверждали Хаку и Забуза, тот ответил, что, согласно кодексу ниндзя, который распространялся и на Коноху, ниндзя должен принимать жизнь как оружие, не беспокоясь о своем представлении о ней. Такой путь ниндзя, продиктованный временем, когда бушевали войны, не устраивал Наруто. Осмотревшись, он решил идти своим путем; двигаться вперед, не сбавляя темпа и не испытывая ни малейшего сожаления.
Команда 7 вернулась в Коноху, а жители маленькой деревни Тадзуна назвали мост, на котором произошла битва, «Великим мостом Наруто», будучи уверенными, что с таким именем он никогда не исчезнет.
Эта миссия стала очень важным эпизодом в жизни Наруто, поскольку он смог определить свою концепцию пути ниндзя. Герой столкнулся с суровой реальностью мира ниндзя в ходе миссии, которая многому его научила. Не в силах бороться со своими эмоциями, он нарушил правило, запрещающее ниндзя проливать слезы, и оплакал смерть Хаку, который с честью согласился стать объектом грусти для своего наставника. Он следовал мыслям Забузы, особенно в отношении идеи, что ниндзя – всего лишь оружие для достижения цели, какой бы она ни была. Разговаривая с Хаку, Наруто понял, что диалог очень важен, ведь они оба узнали друг в друге себя – двух грустных сирот, отвергнутых окружающими. Однако если Хаку всерьез полагал, что одинокий человек никогда не найдет в себе силы или надежду обрести мечту и претворить ее в жизнь, то Наруто доказал совершенно обратное. Он вырос сиротой, страдал от одиночества и клеветы, но его желание стать хокаге и быть признанным всеми стало настоящей силой, которую он обрел в одиночку, пока не нашел товарищей, которые шли рядом с ним и помогали ему осуществить мечту.
Благодаря своей смелости и искренности Наруто удалось вытащить Забузу из круга вечной борьбы. Ему удалось заставить наемника, прозванного «демоном» и привыкшего распространять зло, осознать важность присутствия в жизни любимого человека. Основываясь на том, чему его только что научил Хаку, Наруто сумел привести Забузу в чувство. Оплакивая смерть своего друга, Забуза понял, что ниндзя – это не просто оружие, у них тоже есть сердце и эмоции. Наруто же осознал, что буквально следовать всем строгим правилам мира ниндзя – это не то, к чему он хочет стремиться. Благодаря уроку, полученному на этой миссии, он решил стать ниндзя, который идет своим путем и ни от чего не отказывается, он решил не подавлять свои чувства, а наоборот открыто выражать их миру. Это придает персонажу Наруто большую человечность, которая роднит его с фанатами.
Неджи вырос в Конохе и принадлежал к клану Хьюга, одному из самых могущественных кланов в деревне, непоколебимо верящему в иерархию. С незапамятных времен он был разделен на две ветви: главную, которая управляет кланом, и второстепенную, которая должна служить главной ветви. Неджи происходил из второстепенной ветви. Когда ему было четыре года, Хиаши, его дядя и глава клана, высек на его лбу печать второстепенной ветви, символизирующую его подчинение главной ветви. Это было поворотным моментом в жизни Неджи – он стал подконтролен своему дяде, поэтому в случае гнева или бунта мальчика Хиаши достаточно было активировать печать, чтобы заставить его страдать и разом остановить, заставив замереть на месте. Юноша находился под полным контролем главной ветви. С самого рождения Неджи обладал феноменальными способностями, из-за чего члены клана считали его гением. Тем не менее, прекрасно зная о способностях и потенциале своего сына, его отец Хизаши был очень разочарован тем, что таланту Неджи суждено лишь служить главной ветви. Вскоре он понял, что его сын может не надеяться исправить ситуацию и обречен, как и он сам, жить словно птица в клетке.