Читаем Философия науки полностью

Если обыденное познание есть первый исторический опыт познавательного отношения человека к миру, опыт преимущественно эмпирического познания, то в философии человек также получает исторически первый опыт познания, но познания теоретического. Философия, разумеется, опирается на практику обыденного познания, обобщает ее, однако этим не ограничивается. Философское познание впервые делает попытку перехода от явления к сущности, к объяснению действительности исходя из имманентных ей закономерностей. Подобное объяснение нуждается в более эффективных - теоретических средствах исследования, способных выводить знания за пределы наличного опыта. Философии как раз начала разрабатывать методы теоретического познания, а также создавать определенные критерии, которым теоретическое познание должно удовлетворять. Например, античная философия, обобщая существующие формы мышления, обосновывает примат аподиктического, теоретического подхода, который должен обеспечивать получение всеобщего и необходимого знания, отражающего сущность, причины бытия. Знание же эмпирическое, вероятное должно относиться к сфере не истины, а мнения. Соответственно формы, способы познания ранжируются таким образом, что определяющими оказываются рациональное умозрение, интуиция и дедукция. Наоборот, чувственность, индукция характеризуются лишь как вспомогательные приемы, методы, которые способны дать вероятное знание.

Столь же важную роль в процессе развития познания, подготавливавшем формирование зрелой науки, играет математика. Фундаментальная роль математического познания в процессе становления классической науки состоит, прежде всего, в том, что исторически математика послужила важнейшим средством придания научному методу, всей его процедуре необходимой строгости и точности. Ведь математический подход, сосредотачиваясь на количественных, формальных, структурных зависимостях, отношениях, в определенном смысле упрощает и, соответственно, делает более эффективным исследование и доказательство. Кроме того, применение математического аппарата дает возможность получать точные, легко проверяемые результаты. А точность, проверяемость и общезначимость являются отличительной чертой научного метода. Именно в процессе развития математики приобретается опыт строгого исследования и доказательства, который и становится впоследствии необходимой характеристикой метода классической науки.

Необходимо подчеркнуть особую роль философии в процессе генезиса классической науки. Во-первых, известно, что к началу XVII столетия все знание о действительности и все проблемы относительно нее были систематизированы в философии. Поэтому становящаяся наука Нового времени в процессе своего формирования опирается на совокупность знания, содержащегося в натурфилософских системах. Причем большое значение для этого формирования имел набор проблем, поставленных в натурфилософии еще в античности и переданных через средние века в Новое время. Среди них наряду с чисто философскими находились собственно естественнонаучные, большей частью частные проблемы (механики, оптики), которые пытались решить еще ученые древности, а также естественнонаучные проблемы, поставленные и решенные в рамках натурфилософии. Во-вторых, без философского, теоретического обоснования вообще был бы невозможен тот грандиозный переворот в мировоззрении, который произошел в XVII столетии. Именно в острой борьбе философских концепций была окончательно разрушена средневековая спекулятивно-схоластическая методология и утверждена новая картина мира. В свою очередь, без коренной ломки, перестройки фундаментальных философских оснований было бы невозможным создание нового метода, а значит, новой системы познания действительности. Надо иметь в виду сложность и противоречивость этого процесса. Не всем даже крупным мыслителям удалось сразу и безоговорочно встать на новые философско-методологические позиции.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Этика Спинозы как метафизика морали
Этика Спинозы как метафизика морали

В своем исследовании автор доказывает, что моральная доктрина Спинозы, изложенная им в его главном сочинении «Этика», представляет собой пример соединения общефилософского взгляда на мир с детальным анализом феноменов нравственной жизни человека. Реализованный в практической философии Спинозы синтез этики и метафизики предполагает, что определяющим и превалирующим в моральном дискурсе является учение о первичных основаниях бытия. Именно метафизика выстраивает ценностную иерархию универсума и определяет его основные мировоззренческие приоритеты; она же конструирует и телеологию моральной жизни. Автор данного исследования предлагает неординарное прочтение натуралистической доктрины Спинозы, показывая, что фигурирующая здесь «естественная» установка человеческого разума всякий раз использует некоторый методологический «оператор», соответствующий тому или иному конкретному контексту. При анализе фундаментальных тем этической доктрины Спинозы автор книги вводит понятие «онтологического априори». В работе использован материал основных философских произведений Спинозы, а также подробно анализируются некоторые значимые письма великого моралиста. Она опирается на многочисленные современные исследования творческого наследия Спинозы в западной и отечественной историко-философской науке.

Аслан Гусаевич Гаджикурбанов

Философия / Образование и наука
Синдром гения
Синдром гения

Больное общество порождает больных людей. По мнению французского ученого П. Реньяра, горделивое помешательство является характерным общественным недугом. Внезапное и часто непонятное возвышение ничтожных людей, говорит Реньяр, возможность сразу достигнуть самых высоких почестей и должностей, не проходя через все ступени служебной иерархии, разве всего этого не достаточно, чтобы если не вскружить головы, то, по крайней мере, придать бреду особую форму и направление? Горделивым помешательством страдают многие политики, банкиры, предприниматели, журналисты, писатели, музыканты, художники и артисты. Проблема осложняется тем, что настоящие гении тоже часто бывают сумасшедшими, ибо сама гениальность – явление ненормальное. Авторы произведений, представленных в данной книге, пытаются найти решение этой проблемы, определить, что такое «синдром гения». Их теоретические рассуждения подкрепляются эпизодами из жизни общепризнанных гениальных личностей, страдающих той или иной формой помешательства: Моцарта, Бетховена, Руссо, Шопенгауэра, Свифта, Эдгара По, Николая Гоголя – и многих других.

Чезаре Ломброзо , Поль Валери , Вильям Гирш , Гастон Башляр , Альбер Камю

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе

«Тысячелетие спустя после арабского географа X в. Аль-Масуци, обескураженно назвавшего Кавказ "Горой языков" эксперты самого различного профиля все еще пытаются сосчитать и понять экзотическое разнообразие региона. В отличие от них, Дерлугьян – сам уроженец региона, работающий ныне в Америке, – преодолевает экзотизацию и последовательно вписывает Кавказ в мировой контекст. Аналитически точно используя взятые у Бурдье довольно широкие категории социального капитала и субпролетариата, он показывает, как именно взрывался демографический коктейль местной оппозиционной интеллигенции и необразованной активной молодежи, оставшейся вне системы, как рушилась власть советского Левиафана».

Георгий Дерлугьян

Культурология / История / Политика / Философия