Читаем Философия науки полностью

Социальное действительно выступает в известной мере внешним по отношению к процессу научного творчества, которое осуществляется, прежде всего, под знаком гносеологических, логических и методологических требований к познавательной деятельности. В частности, одним из важнейших методологических требований является избавление исследования в науке от разного рода искажающих истину влияний на него субъективных пристрастий, ложных идеологий, экономической или политической конъюнктуры и т.д., поскольку главная цель науки - достижение объективного, истинного знания. Научное познание, несомненно, должно сохранять определенную автономию в обществе, чтобы не возникла ситуация борьбы с генетикой и кибернетикой, как это было в СССР, или ситуация создания арийской физики, как это было в нацистской Германии. Именно в этом смысле идет речь о гносеологическом, логико-методологическом фильтре, включающем в себя совокупность исторически вырабатываемых критериев научности, которые и позволяют контролировать действие социокультурных факторов. Можно сказать, всегда является актуальной поставленная еще Ф. Бэконом задача очищения познания от идолов рынка и театра.

В то же время общество, социальное в форме непосредственного административного управления, экономических рычагов, политики, идеологии, морали оказывают определенное воздействие, часто очень существенное, на развитие науки. Это воздействие носит сложный и противоречивый характер, обусловливаемый как сложным строением общества, поскольку его специфические структурные элементы по-разному влияют на науку, так и сложным устройством самой науки, в том числе и социального аспекта научной деятельности. В связи с этим важно различать несколько уровней социального в научной деятельности, начиная от внешних социальных факторов, влияющих на науку извне, и кончая внутренней социальностью науки, которая теснее всего связана с когнитивными процессами. Иными словами, надо учитывать, что само социальное представляет собой достаточно сложное образование.

В нем можно выделить: 1) совокупность циркулирующих в обществе классовых, национальных и групповых ценностных ориентации, идеологических и социально-психологических установок и т.п., имеющих общий характер и влияющих на науку как на социальный институт, показывающих включенность социального института науки в систему экономических, политических и других отношений общества; 2) совокупность ориентации и установок более узкого значения, принятых, прежде всего, в рамках самой науки, т.е. социальные, нравственные, идеологические и другие отношения внутри социального института науки; 3) наконец, социально-психологические, нравственные, идеологические и др. характеристики индивидуальной научной деятельности, что составляет, так сказать, социальную вооруженность отдельно взятого ученого как субъекта научного исследования. При этом надо учитывать, что данная социальная вооруженность отдельно взятого ученого также обладает сложным строением. Так, поскольку ученый работает в рамках общества и культуры, социального института науки, того или иного научного коллектива, социальной группы, постольку на социальные характеристики ученого, безусловно, накладывают в той или иной степени свой отпечаток указанные уровни социальности; «в социальном мире ученого» содержатся социальные нормы и ценности, присущие обществу и культуре, нормы и ценности, характерные для науки как социального института, например, ориентация на истину, повышенный интерес к исследовательской деятельности и т.д., ориентация на успех своего научного коллектива, исследовательской группы и, наконец, личные ценности и ориентации, складывающиеся в процессе собственной биографии, индивидуального жизненного опыта.

Заметим, что, между выделенными уровнями социального, взаимодействующего с системой научного познания нет никаких перегородок. Каждый ученый выступает носителем не только социально-индивидуального, но и социально-особенного и социально-всеобщего, поскольку он руководствуется в своей личной обыденной жизни, поведении, непосредственно в процессе исследовательской работы не только индивидуальными, но и коллективными, цеховыми, и общегосударственными, национальными, и общечеловеческими ценностями. И в то же время необходимо учитывать специфику разных уровней включенности социального в процесс научной познавательной деятельности, специфику бытия и модификации социального па разных «этажах», стадиях, элементах, формах и т.д. научного познания. Можно выделить своего рода спектр взаимных связей общества и науки, социального и когнитивного, в котором данное взаимодействие меняется от чисто социальных связей, когда наука предстает в своем социальном качестве как только социальный институт, до связей, в которых теснее переплетаются социальное и познавательное, когнитивное.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Этика Спинозы как метафизика морали
Этика Спинозы как метафизика морали

В своем исследовании автор доказывает, что моральная доктрина Спинозы, изложенная им в его главном сочинении «Этика», представляет собой пример соединения общефилософского взгляда на мир с детальным анализом феноменов нравственной жизни человека. Реализованный в практической философии Спинозы синтез этики и метафизики предполагает, что определяющим и превалирующим в моральном дискурсе является учение о первичных основаниях бытия. Именно метафизика выстраивает ценностную иерархию универсума и определяет его основные мировоззренческие приоритеты; она же конструирует и телеологию моральной жизни. Автор данного исследования предлагает неординарное прочтение натуралистической доктрины Спинозы, показывая, что фигурирующая здесь «естественная» установка человеческого разума всякий раз использует некоторый методологический «оператор», соответствующий тому или иному конкретному контексту. При анализе фундаментальных тем этической доктрины Спинозы автор книги вводит понятие «онтологического априори». В работе использован материал основных философских произведений Спинозы, а также подробно анализируются некоторые значимые письма великого моралиста. Она опирается на многочисленные современные исследования творческого наследия Спинозы в западной и отечественной историко-философской науке.

Аслан Гусаевич Гаджикурбанов

Философия / Образование и наука
Синдром гения
Синдром гения

Больное общество порождает больных людей. По мнению французского ученого П. Реньяра, горделивое помешательство является характерным общественным недугом. Внезапное и часто непонятное возвышение ничтожных людей, говорит Реньяр, возможность сразу достигнуть самых высоких почестей и должностей, не проходя через все ступени служебной иерархии, разве всего этого не достаточно, чтобы если не вскружить головы, то, по крайней мере, придать бреду особую форму и направление? Горделивым помешательством страдают многие политики, банкиры, предприниматели, журналисты, писатели, музыканты, художники и артисты. Проблема осложняется тем, что настоящие гении тоже часто бывают сумасшедшими, ибо сама гениальность – явление ненормальное. Авторы произведений, представленных в данной книге, пытаются найти решение этой проблемы, определить, что такое «синдром гения». Их теоретические рассуждения подкрепляются эпизодами из жизни общепризнанных гениальных личностей, страдающих той или иной формой помешательства: Моцарта, Бетховена, Руссо, Шопенгауэра, Свифта, Эдгара По, Николая Гоголя – и многих других.

Чезаре Ломброзо , Поль Валери , Вильям Гирш , Гастон Башляр , Альбер Камю

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе

«Тысячелетие спустя после арабского географа X в. Аль-Масуци, обескураженно назвавшего Кавказ "Горой языков" эксперты самого различного профиля все еще пытаются сосчитать и понять экзотическое разнообразие региона. В отличие от них, Дерлугьян – сам уроженец региона, работающий ныне в Америке, – преодолевает экзотизацию и последовательно вписывает Кавказ в мировой контекст. Аналитически точно используя взятые у Бурдье довольно широкие категории социального капитала и субпролетариата, он показывает, как именно взрывался демографический коктейль местной оппозиционной интеллигенции и необразованной активной молодежи, оставшейся вне системы, как рушилась власть советского Левиафана».

Георгий Дерлугьян

Культурология / История / Политика / Философия