Читаем Философия науки полностью

Так, можно выделить, по Е.А. Мамчур, понятия социальной природы познания, социокультурной обусловленности и социокультурной детерминации, которые как раз и выражают углубление взаимосвязи социального и когнитивного; в понятии социальной природы познания отражается тот факт, что субъектом познания является общество, социокультурная обусловленность познания означает более глубокую связь между социальным и когнитивным, а социокультурная детерминация раскрывает то обстоятельство, что социальные факторы играют роль механизмов развития научного познания, его движущих сил, т.е. связь социального и когнитивного становится наиболее тесной.

Взаимное влияние, взаимопроникновение социального и когнитивного имеет место не только в науке, но в других видах мыслительной деятельности человека, например, в философии, мифологии, искусстве. Причем степень такого рода взаимопроникновения выше в ненаучных формах познания, чем в науке, а в гуманитарных и общественных областях научного познания сильнее, чем в естественных. Это вполне понятно, поскольку там сильнее переплетаются ценностные и истинностные, содержательные стороны мыслительной деятельности, социально-классовые, идеологические и объективно-истинностные установки.

Если говорить об общественных и гуманитарных науках, то в них вообще предметом когнитивного, познавательного отношения становится само социальное, жизнь общества во всех ее проявлениях, включая феномены духовной, моральной, ценностной и т.д. активности человека, субъекта. Иными словами, в данных областях знания, духовной культуры проще и сильнее, неразрывнее устанавливаются содержательные связи между социальным и когнитивным таким образом, что в самом мыслительном содержании, в когнитивном обнаруживается социальное. В естественнонаучном же познании социокультурное влияние всегда опосредовано философией, стилем мышления, нормами, идеалами, т.е. не может быть непосредственных переходов от социальных, культурных условий к процессу и результатам научных исследований.

Исключением являются случаи непосредственного социального заказа, когда власть, идеология прямо вмешивалась в дела науки. Всем известен диктат религиозной идеологии в средние века или верховенство политической идеологии в над наукой в советское время. В таких условиях ученым приходилось подчиняться данному диктату и «корректировать», подтасовывать содержание своих научных трудов, особенно в области социогуманитарных наук, чтобы привести их в соответствие с теми или иными положениями господствующей идеологии. Такого рода «коррекция», несомненно, имела отрицательные последствия для науки, поскольку вступала, как правило, в противоречие с требованиями научности, истинности исследования. В целом же связи социального, культурного и когнитивного в научной деятельности носят сложный характер, опосредованы мировоззренческими, философскими, идеологическими и другими ценностными установками. Именно сложность, опосредованность данных связей служит своего рода гарантией от искажающего влияния социального на когнитивное, на содержание научного знания. Поэтому социокультурное влияет скорее не на содержание, а на форму, способы организации научной деятельности, т.е. прямо и непосредственно социокультурные реалии не переходят в содержание научного знания.

Для философии и методологии науки важна проблема социальной детерминации науки, и прежде всего, механизм воздействия социокультурных факторов на научное познание, поскольку такое воздействие, пусть даже опосредованное, имеет место. В этой связи важно исходить из деятельностного подхода к науке, т.е. из понимания науки как специализированного вида деятельности. Иными словами, не совсем корректно видеть в науке только систему знания, забывая об остальных ее элементах.

Представление о науке как особом виде деятельности позволяет объединить все аспекты науки: систему знания, явление культуры, разновидность духовного производства, социальный институт, специфическую социальную коммуникацию и т.д. В результате появляется возможность более конкретно рассмотреть само социальное, которое выступает с этой точки зрения не только как внешняя сила, внешний фон по отношению к познавательному в научной деятельности, но и как элемент познавательного, как внутренняя сторона познания. Деятельностный подход в анализе роли социокультурных факторов позволяет учесть «социальную нагруженность» основных элементов системы научной познавательной деятельности, в числе которых присутствуют субъект, объект, мотивы и интересы, средства, результат, цель, процесс познания.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Этика Спинозы как метафизика морали
Этика Спинозы как метафизика морали

В своем исследовании автор доказывает, что моральная доктрина Спинозы, изложенная им в его главном сочинении «Этика», представляет собой пример соединения общефилософского взгляда на мир с детальным анализом феноменов нравственной жизни человека. Реализованный в практической философии Спинозы синтез этики и метафизики предполагает, что определяющим и превалирующим в моральном дискурсе является учение о первичных основаниях бытия. Именно метафизика выстраивает ценностную иерархию универсума и определяет его основные мировоззренческие приоритеты; она же конструирует и телеологию моральной жизни. Автор данного исследования предлагает неординарное прочтение натуралистической доктрины Спинозы, показывая, что фигурирующая здесь «естественная» установка человеческого разума всякий раз использует некоторый методологический «оператор», соответствующий тому или иному конкретному контексту. При анализе фундаментальных тем этической доктрины Спинозы автор книги вводит понятие «онтологического априори». В работе использован материал основных философских произведений Спинозы, а также подробно анализируются некоторые значимые письма великого моралиста. Она опирается на многочисленные современные исследования творческого наследия Спинозы в западной и отечественной историко-философской науке.

Аслан Гусаевич Гаджикурбанов

Философия / Образование и наука
Синдром гения
Синдром гения

Больное общество порождает больных людей. По мнению французского ученого П. Реньяра, горделивое помешательство является характерным общественным недугом. Внезапное и часто непонятное возвышение ничтожных людей, говорит Реньяр, возможность сразу достигнуть самых высоких почестей и должностей, не проходя через все ступени служебной иерархии, разве всего этого не достаточно, чтобы если не вскружить головы, то, по крайней мере, придать бреду особую форму и направление? Горделивым помешательством страдают многие политики, банкиры, предприниматели, журналисты, писатели, музыканты, художники и артисты. Проблема осложняется тем, что настоящие гении тоже часто бывают сумасшедшими, ибо сама гениальность – явление ненормальное. Авторы произведений, представленных в данной книге, пытаются найти решение этой проблемы, определить, что такое «синдром гения». Их теоретические рассуждения подкрепляются эпизодами из жизни общепризнанных гениальных личностей, страдающих той или иной формой помешательства: Моцарта, Бетховена, Руссо, Шопенгауэра, Свифта, Эдгара По, Николая Гоголя – и многих других.

Чезаре Ломброзо , Поль Валери , Вильям Гирш , Гастон Башляр , Альбер Камю

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе

«Тысячелетие спустя после арабского географа X в. Аль-Масуци, обескураженно назвавшего Кавказ "Горой языков" эксперты самого различного профиля все еще пытаются сосчитать и понять экзотическое разнообразие региона. В отличие от них, Дерлугьян – сам уроженец региона, работающий ныне в Америке, – преодолевает экзотизацию и последовательно вписывает Кавказ в мировой контекст. Аналитически точно используя взятые у Бурдье довольно широкие категории социального капитала и субпролетариата, он показывает, как именно взрывался демографический коктейль местной оппозиционной интеллигенции и необразованной активной молодежи, оставшейся вне системы, как рушилась власть советского Левиафана».

Георгий Дерлугьян

Культурология / История / Политика / Философия