Можно привести много житейских примеров использования этого механизма рационализации. Так, женатый мужчина, который позволяет себе прелюбодействовать, утверждает, будто все мужчины по своей натуре склонные к полигамии. (Кстати, подобное утверждение можно встретить также в некоторых гендерологических концепциях). Таким способом он пытается сохранить свое высокое самоуважение. Правда, следует заметить, что моральные правила и принципы, запрещающие полигамию, тоже не всегда научно обоснованы. Они имеют прагматический характер и были приняты и утверждены несколькими социальными институтами, поскольку на определенных этапах истории оказались полезными средствами обеспечения устойчивости общества.
Перед нами стратегия основательного искажения реальности, такая форма дереализации, которая, безусловно, играет мощную психозащитную роль.
Механизм или, точнее, стратегия рациональной абсолютизации последовательно использовали те индивиды, которые пытались создавать глобальные философские системы. Психологическое исследование личности и результатов деятельности этих людей, например, экзистенциальных философов, их образа мышления, значительно обогатит теорию рационализации и понимание ее психо-логики, позволит лучше понять мотивации работы некоторых людей в области философии.
Когда человек допускает такие формы поведения, которые необычны дл я данной культурной среды (например, когда в разгар радостного события кто-либо плачет или, наоборот, не плачет при скончавшемся родителе), то у него возникает потребность самооправдания. Мотивом такой рационализации является желание сохранения своего престижа и самоуважения.
При такой рационализации человек нередко ссылается на общепринятые предубеждения, традиции и на другие аргументы.
Такие рационализации необходимы, поскольку, когда человеку не удается понимать, пусть иллюзорно, и рационализировать свою фрустрацию (часто именно рационализация и создает такие иллюзорное понимание), то у него возникает и длительно сохраняется состояние тревоги и ожидания угрозы. Он чувствует себя в опасности. Когда же «причина» фрустрации и ее последствий (например, депрессии) очевидна для личности и значимых для нее людей, то все переживание становится менее угрожающим для самооценки личности и даже включается в структуру личности[120].
Вышесказанное показывает, что рационализацию следует считать социально-психологическим процессом. Иначе говоря, самооправдание всегда является оправданием перед реальными или воображаемыми значимыми личностями. Это особая форма коммуникации.
Для развития этой гипотезы можно использовать высказанную нами мысль о том, что существуют две формы рационализации: рационализация для себя (в свою пользу) и рационализация для других (в пользу других). Но даже рационализация для других частично мотивирована потребностью в самозащите.
А. Рационализация и трансдукция (новая проблема). –
Возникает вопрос: возможно ли, что когда человек, фрустрируясь, начинает рационализировать, в его мыслительных процессах регрессивно увеличивается число трансдукций? Иначе говоря, мы предполагаем, что эгоцентрическая мотивация психологической самозащиты порождает детские формы мышления? Если исследования покажут, что такая гипотеза верна, то это позволит нам получить более конкретное представление о психо-логической структуре рационализации. Трансдукцию мы считаем психо-логической операцией.
Б. Паралогизм и рационализация. – Сходный вопрос мы можем задать также относительно участия паралогизмов в процессе самозащиты с помощью рационализации: может ли защитная мотивация привести к непроизвольному увеличению числа паралогизмов в рассуждениях человека? Если удастся доказать справедливость этой гипотезы, то будет сделан еще один шаг в направлении конкретизации психо-логической теории рационализации.
«