Фрустрация, психологическая самозащита и характер. Том 2. Защитные механизмы, самосознание и характер

Такие рационализации, конечно, не выдерживают никакой логической критики, поскольку не отвечают критерию истинности. Но они оправданны и целесообразны в психологическом отношении, но не по формально-логическим критериям. Это яркий пример того, что в личной жизни человек не всегда руководствуется логически безупречным обоснованием своих поступков. Зачастую такое обоснование невозможно и даже нежелательно. Психология мотивации поведения, имея защитную природу, оказывается несовместимой с требованиями логической безупречности.

Нет сомнения, что психологический анализ большего числа подобных примеров позволит раскрыть новые психо-логические структуры защитного мышления и поведения человека.

§ 3. Психо-логика и адаптация личности

На основе вышеизложенного целесообразно сделать несколько обобщений с тем, чтобы в последующих параграфах вновь вернуться к более частным вопросам.

Адаптивные процессы не должны и не всегда могут быть разумными в логическом смысле слова. Психологическая разумность означает соответствие поведения психологическим законам. А поскольку эти законы с формальной точки зрения суть выражения особой логики психической жизни, то с психологической точки зрения «разумность» или «правильность» поведения означает соблюдение правил и законов психо-логики.

Мы полагаем, что современная формальная логика является частным, «предельным» случаем более широкой области психо-логики, которую предстоит создать. Решение этой задачи может способствовать исследование адаптивных процессов, особенно процессов разрешения диссонансов, конфликтов и психической защиты[117].

Мы считаем, что психо-логические суждения и умозаключения нацелены не столько на разрешение объективно возникающих задач, сколько на психологическую адаптацию в проблемных ситуациях. Например, почему индивиду А хочется думать, что друг его друга В, некий С, является также своим другом? Ведь никакие правила и законы формальной логики не заставляют его думать подобным образом. Мы полагаем, что особая мотивация, потребность в новом друге, даже если не осознается полностью, оказывает влияние на познавательные процессы А, порождая в его психике соответствующее подлинно психо-логическое умозаключение: 1) Я – личность А; 2) В – мой друг; 3) С – друг В; 4) следовательно С – также мой друг. В реальной жизни С может быть другом А, как он является другом В, однако нет в этом никакой логической необходимости. С может быть нерелевантным для А, а в некоторых случаях – даже врагом.

Вот почему в таких случаях перед нами – подлинно психо-логическое умозаключение, все три посылки которого логически верны, но заключение является психо-логическим. Но подобные психо-логические фигуры могут быть до поры до времени адаптивными. Однако известно также изречение «третий – лишний», что также психологически верно для случая некоторых специфических социальных отношений.

§ 4. Объяснение, дедукция, силлогизм и рационализация

Для того, чтобы раскрыть структуру рационализаций, следует выяснить, какую роль в них играют дедуктивные и индуктивные умозаключения, их разновидности.

Поскольку рационализация есть процесс объяснения и оправдания собственных ошибок, неудач и т. п., то следовало ожидать, что в ней важную роль должны играть дедуктивные умозаключения. Дедукция позволяет выяснить причины явлений, их взаимосвязи и т. д. При этом общие законы (или общие суждения вообще, большие посылки, независимо от того, доказана их истинность, или нет) применяются для объяснения частных случаев, новых данных опыта, их вербализации.(Т. е. они устанавливают связи между отдельными дедукциями, описывающими данное явление и его причины).

Для рационализации характерно то, что в ней посылки дедукции принимаются на веру, если удовлетворяют потребностям фрустрированной личности. Человек не проверяет их истинности (или закрывает глаза на нее), хотя большей частью они выбираются подсознательно и считаются истинными. Этими посылками (как психологическими предпосылками) человек мотивирует свое поведение, не зная, что подобная мотивировка не опирается ан истину и носит защитный характер.

В результате рационализации (используя индукцию и дедукцию), человек может обнаружить новые «факты» о собственной личности, обычно такие, которые характеризуют его положительно и помогают ослабить состояние фрустрации.

Важна также следующая проблема: каким образом индукция и дедукция совместно участвуют в процессе рационализации? Это следует выяснить путем анализа конкретных случаев рационализации. (Подобные случаи можно найти в философии, науках, психиатрии и, конечно, в художественной литературе).