Галопом к столбу

только птичьего молока у неё не было.

- Никоныч, да чёрт с ней, этой Тильдой! Ушла

и скатертью дорога. Ты лучше об Ольге Карловне.

Кто она такая? Девица? Вдовая? Откуда родом?

57

- Из Риги она, дальняя родственница

экономки. Вдова. Фамилия её, по мужу, Ветрова.

- А муж кто был?

- Да кто его знает.

- И чем тебе она не по нраву?

- Сам толком не пойму. Вроде бы очень

приятная дамочка - обходительная, не заносчивая,

не то, что Тильда горластая… Только странноватого

в ней много. О том, как и где прежде жила молчок.

На безделушки разные женские денег жалеет. Раз в

неделю куда-то уезжает - Николай Павлович свою

пару ей дает.

- А куда, спрашивал у кучера?

- Не принято у нас, Алексей Васильевич, в

чужие дела нос совать. Кучер не мне подотчётен, а

самому… И вот ещё - больно уж любит она в

кабинете сидеть. И при хозяине, и без него. Самое

уютное место во всём доме, говорит.

- Никоныч, а тебе не кажется странным, что

пропал только аттестат Удалого? Почему вор не взял

деньги, банковские билеты, акции?

- Чего же тут странного? В этом шкафу

только заводские документы и лежат. А всё

остальное в другом месте. - Сергеев указал на одну

из стен кабинета. - За панелью сейф английской

работы. Замок у него хитрый - нумерной. Шифр

один Николай Павлович знает.

Заметив, что управляющий то и дело

поглядывает на настенные часы, Алексей сказал:

58

- Иди, а то тебя на конюшне заждались,

наверное.

- Кого пригласить?

- Ольгу Карловну.

- А она, как после завтрака уехала, так ещё и

не вернулась.

- Тогда давай экономку.

Рижская немка Эмма Францевна в Москве

жила давно, но по-русски говорила презабавно:

- Майн готт! Какой кошмар! Я ушам своим не

доверила, когда узнала о краже. Все очень

достойный люди - и герр Сергеев, и Костья, и наш

новый лакей. И вдруг такой монстрос

происшествие!

- Эмма Францевна, я с женой Николая

Павловича, к сожалению, совсем не знаком.

- О, я понимайт! Фы, как детектив должны

подозревать всех. Но поверти, герр Лавровски, это

кто угодно, только не Ольга. В её жизни было

столько горя - пьяница муж, неудачник брудер,

нищета. А сейчас она так счастлива!

Алексей хотел поподробнее расспросить о

муже и брате, но экономка, взглянув на часы,

вскочила с места:

- Майн готт! Скоро подавать закуски, а я ещё

не распорядилась приготовить фаш любимый

картофель.

Камердинер Константин - благообразного

вида, с расчёсанными на прямой пробор волосами -

59

в отличие от экономки, склонен был подозревать

всех.

- Да кто угодно украсть мог. Ох, и не люблю я

о ближних злословить, ибо сказано в писании - не

судите, да не судимы будете, - вздохнул он. - Но раз

приказал Николай Павлович от вас ничего не

утаивать, то и греха на мне нет. Вы посмотрите,

Лексей Василич. что за люди нас с хозяином

окружают! Мот и гуляка Пашка Чернов. Крохоборка

Эмма Францевна, коя с каждой купленной стерляди

и куры в свой карман копейку-другую имеет. Ольга

Карловна святой прикидывается, а сама деньги так и

тянет с Николая Павловича. Брата больного ей,

видите ли, содержать приходится. Лакей Нестор -

безбожник.

- Причём здесь Нестор? Он на втором этаже

не бывает.

- Как это не бывает? Когда я в отлучке, он

письма и газеты хозяину на стол складывает.

- Якова Никоновича ты, надеюсь, не

подозреваешь?

- Ещё как подозреваю! Он с такими

прохвостами знается, не приведи господь! Мишке-

барышнику, по его протекции, считай задарма,

домик на заднем дворе сдали. А Мишка человек

тёмный! Полиция недавно приходила, о нём

справлялась.

- Что за Мишка? Не припомню такого.

- Да маленький такой, усатый. Шапшал его

фамилия.

60

В кабинет заглянул Малютин:

- Алексей Васильевич, не знаю, что и делать.

Закуски уже на столе, Сахновские пришли, а Сергея

Сергеевича всё нет. Будем ждать?

- Не стоит. Если такой любитель поесть, как

Сергей, не приехал вовремя на обед даже к вам,

значит, произошло что-то чрезвычайное. Полагаю, с

помощью своих друзей из сыскного он взял след

преступников.

Лавровскому показалось, что при этих словах

камердинер вздрогнул.

- Моя жена Ольга Карловна, - представил

Малютин стройную голубоглазую блондинку с

кукольным личиком, лет двадцати пяти.

Лавровский отметил, с каким обожанием

смотрит она на коннозаводчика. Впрочем, это

совсем ничего не значит. Встречались в его жизни

женщины, глядящие влюблёнными глазами, а потом

обманывавшие и предававшие. Правда, до воровства

дело никогда не доходило. Но может только от того,

подумал Алексей, что у меня и красть-то нечего?

- Я слышала о вас столько интересного, -

защебетала блондинка. - Говорят вы самый лучший

сыщик в Москве.

- И кто же говорит?

- Все. Николай Павлович, Сахновский,

Семён…

- Какой Семён?

61