Читаем Газета Завтра 286 (21 1999) полностью

Человеческая жизнь, судьба одного человека тесно переплетены с судьбой своей страны, своего народа. От того, что происходит в сердце человеческом, зависит и происходящее в мире. Будет устроение в доме сердечном, будет устроение и в мире.


Леонид Максимович глубоко сопереживал события, происходящие в нашей стране, особенно те, что произошли в последние годы. Каково было ему видеть, как с трудом собранная веками, разваливается в один миг великая держава, сначала СССР, потом Россия. “Что они делают? — горевал он, — Татарстаном и Башкирстаном отрезают нас от Сибири и дальнего Востока. Расчленяют Россию, фаланга за фалангой, как тело разымают на части — с другой стороны обратная генетика идет, отсутствие патриотизма, трусость, страх, рабская психология, говорят, что 120 миллионов русских осталось, вряд ли, из них 19 миллионов дебилов, стариков и старух. Молодых нет, откуда детям взяться”.


“По радио только рок и передают, как будто дьявол на адской свирели играет, все дергаются, кривляются, прыгают, настроение отвратительное становится, все раздражает — бесовщина, одним словом”.


“Как во время татарского ига, люди и сейчас должны собраться в храме, как тогда, прячась от татар, от смерти, и молились, стены каменные, пение, смотришь в одну точку — там Бог. Если и погибали, то все вместе, в одном храме. Нас может спасти только Бог”.


“Власть захватили страшные люди. Они уже собрались. Что будет — страшно подумать.”


Господи, до чего все точно. События октября 1993 года подтвердили эти слова, народу была учинена такая кровавая бойня, перед которой меркнут фашистские злодеяния Второй мировой войны, убивали из танков женщин, стариков, детей, — называя убиенных “фашистами”.


“Нас может спасти только Бог”, — повторял он.



Леонид Максимович был глубоко русским человеком с православной душой. Много раз во время наших прогулок он читал псалмы Давида, особенно любил повторять сто тридцать шестой псалом “На реках Вавилонских тамо седохом и плакохом...”, который поется за всенощным бдением три субботы подряд перед великим постом.


Был такой разговор. Зашла речь об известном перебросе вод с севера на юг, я говорил о том, что “перебросчики” доведут свою работу до конца, несмотря ни на что, ни на героические усилия против этого писателей, ученых, художников, общественных и государственных деятелей.


Говорил, что время наше безблагодатное, и что не все ладно в этом мире.


Он внимательно слушал, потом, посмотрев на меня, вдруг сказал слова, поразившие до глубины: “Душу, душу надо устраивать, а там и все остальное устроится”.


Странно было слышать эти слова от писателя, создавшего образ борца за родную природу Вихрова и его антипода, представителя лженауки, “духовного отца перебросчиков” — Грацианского. Но потом я понял, что в этих словах писателя выразилась вся вековечная народная мудрость, имеющая свою, корневую, глубинную систему, питающую всю русскую литературу и культуру, где основными духовными ценностями, мерилами законов бытия были и являются совесть, сострадание, смирение как антипод “гордыне”, правда, а в основе всего любовь как высшее понимание красоты и гармонии мира, и где устроение души было и остается главной задачей, как сказано было: “Душа человеческая стоит больше, чем все царства мира”. И нет никакой другой, окольной дороги в рай, кроме как устроение дома сердечного.


Однажды сказал Леонид Максимович, что ожерелье из жемчуга ценно не длиной нити или величиной и округлостью жемчуга, а светом, сиянием, идущим изнутри. Не этот ли свет духовных и нравственных основ являла собой великая русская литература, начиная с Ломоносова, Пушкина, Гоголя и Достоевского?! Не за этим ли светом шли лучшие представители русской культуры к мудрым старцам в Оптину пустынь, ища ответа на мучившие их жизненно важные вопросы о смысле жизни, об устроении народа и назначении человека на земле?! Потом же, укрепившись духовно, несли слово любви и боли за родную землю, несли философско-этическую мораль в мир.


Подобно этому шли в наше время к мудрому человеку и великому писателю Леониду Максимовичу Леонову люди разных возрастов и профессий, государственные мужи и начинающие писатели, ища поддержки в трудном начинании и доброго совета. Да и просто приходили поведать о своих трудностях или поделиться своей радостью. И каждому находилось доброе слово, и каждый уносил с собой частицу света и тепла, излучаемые великим русским писателем Леонидом Максимовичем Леоновым.


Продажа новых автомобилей в автосалонах официальных дилеров ssangyong. Отзывы о ssang yong rexton 9


Александр Брежнев ЛЕГЕНДЫ СКАНИИ


Перейти на страницу:

Все книги серии Завтра (газета)

Похожие книги

Зеленый свет
Зеленый свет

Впервые на русском – одно из главных книжных событий 2020 года, «Зеленый свет» знаменитого Мэттью Макконахи (лауреат «Оскара» за главную мужскую роль в фильме «Далласский клуб покупателей», Раст Коул в сериале «Настоящий детектив», Микки Пирсон в «Джентльменах» Гая Ричи) – отчасти иллюстрированная автобиография, отчасти учебник жизни. Став на рубеже веков звездой романтических комедий, Макконахи решил переломить судьбу и реализоваться как серьезный драматический актер. Он рассказывает о том, чего ему стоило это решение – и другие судьбоносные решения в его жизни: уехать после школы на год в Австралию, сменить юридический факультет на институт кинематографии, три года прожить на колесах, путешествуя от одной съемочной площадки к другой на автотрейлере в компании дворняги по кличке Мисс Хад, и главное – заслужить уважение отца… Итак, слово – автору: «Тридцать пять лет я осмысливал, вспоминал, распознавал, собирал и записывал то, что меня восхищало или помогало мне на жизненном пути. Как быть честным. Как избежать стресса. Как радоваться жизни. Как не обижать людей. Как не обижаться самому. Как быть хорошим. Как добиваться желаемого. Как обрести смысл жизни. Как быть собой».Дополнительно после приобретения книга будет доступна в формате epub.Больше интересных фактов об этой книге читайте в ЛитРес: Журнале

Мэттью Макконахи

Биографии и Мемуары / Публицистика
Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное