Газета Завтра 298 (33 1999)

Значительная часть партии, населения поняла, что Горбачев выбрал немагистральный и непонятный, а для многих просто неприемлемый путь. Начался раскол партии. Одни яростно выступали за сохранение существующей системы, другие колебались, третьи начали посматривать в сторону демократов. Ну, и скоро стало очевидно, что Горбачев начинает зарываться, ведет сепаратные, скрытные переговоры с Западом, готовится торговать нашими социально-экономическими ценностями. В этом, правда, он был не одинок. Новая команда во власти России занималась тем же, зарабатывая благосклонность США. Не было ясно до конца, что же произошло на Мальте, какие он там давал обещания. "Мальта" мне совсем непонятна, хотя я знаю уже от американской стороны, что там были, по существу, даны обещания, связанные с последующим развитием нашего государства. И это касается также вооружения. По существу, как считают аналитики, там были сданы все наши позиции. Позже, когда Рейган готовился передать власть, а Буш участвовать в президентских выборах, в машине Горбачев сказал: "Джордж, у нас существуют договоренности с Рональдом о будущем нашей страны, и я хочу, чтобы ты знал: все, что мы обговорили, будет исполнено". И потом в таком же виде приблизительно несколько раз наказывал передать Бушу, уже как президенту, через Добрынина, который был связником и одной из ключевых фигур по демонтажу наших международных интересов. Более того, есть основания говорить о том, что, по мнению специалистов силовых органов, и прежде всего разведки, Горбачева каким-то образом давно зацепили западные спецслужбы и старались все время на этом играть. Поскольку это всегда труднодоказуемо, я не могу здесь ничего утверждать, а опираюсь на мнение специалистов, в том числе непосредственно руководства КГБ. И, конечно, зная многое об игре генсека в поддавки с Западом, члены Совета Безопасности чувствовали себя свадебными генералами. Их утвердили как коллективного советника и вершителя судеб страны, а на самом деле их держат в неведении или просто обманывают. Как Горбачев относился к подобным органам, видно из того, что президентский совет был разогнан в одночасье, без уведомления его членов.