Газета Завтра 41 (1193 2016)

Публика первых рядов партера как по команде вскакивает с мест. Волну подхватывает амфитеатр, бельэтаж, ярусы… И вот уже шквал оваций заглушает медь и духовые оркестра, публика высвобождается из плена оперы. Ибо есть пределы испытанию мучительным блаженством. Лео Нуччи (баритон), 74-летний ветеран Ла Скала, с коронной партией Симона Бокканегры он вознесён на самые вершины славы. Его голос отзывчив на малейшие нюансы настроения и эмоций, тогда как особый дар выразительности в трактовке слова поднимает драму Бокканегры (герой — мученик власти) до трагедии поистине шекспировских высот. Переливаются, как жемчуг, изяществом и очарованьем арии, дуэты и терцеты с Кармен Джаннатазио (сопрано) — Амелией. Без пышной полноты, расчёта на ухищрения вокала они воздействуют на ухо, зрение и сердце, как наркоз. Фабио Сартори (тенор) — Адорно — пылкий и отважный…. нет, что-то витает в небе над Римом, что позволяет взращивать теноров — насельников оперного Олимпа. Вот и Сартори пригоршнями мечет в зал сверхъестественные "до" и "си-бемоли", "гигантский голос в гигантском теле" разливается уверенно и легко, бросая то в жар, то в холод публику.

Свергаются вниз мелодии по уступам каденций. Мунг-Вунг Чунг — велик соблазн сравнения с Риккардо Мути, маэстро с харизмой воина Спарты, легенды Ла Скалы — да он и сам по себе красив. Во всём блеске таланта. Форсируя в оркестре сокровища и богатство партитуры, он охраняет, как заповедь, господство голоса, а в подкупающей плавности манеры управления стихиями звуков есть опасность восточных единоборств. В финале он опускает дирижёрскую палочку, предоставляя свободу и волю полифонии… Так, наверное, взревели небеса в минуты изгнания Адама и Евы из Рая. Грозовые раскаты хора сливаются с буйством оркестра, струны скрипок и виолончелей накалены до предела и сейчас разорвутся, музыка ураганами обрушивается на Дворец дожей и… растворяется в мерцающем пианиссимо прощания Симона Бокканегры со всем тем, что прежде любил.

Всё уходит.

Уходят годы, люди, эпохи…

В поисках утраченного мы обретаем — вечное.

И если внимательно присмотреться то ли сквозь снежное марево над Лигурийским морем зимой, то ли сквозь колкую влагу, застилающую глаза, то можно едва-едва рассмотреть на балконе палаццо "Дория" Джузеппе Верди. Самодержца мировой оперы. Приподнимая за поля шляпу, эмблему Рисорджименто, он как бы делает жест признательности московской публике: когда-то специально для России он написал "Силу судьбы"… И снова взгляд устремляется в бескрайность седых вод, окутанных дыханием "Симона Бокканегры".

Всё уходит.

Уходят годы, люди, эпохи…

Неколебима, как Ла Скала, одна только опера. И — вера. В патриотизм как религиозный ритуал.

Viva, Верди! Viva Рисорджименто!

Мотоцикл, похожий на танк

Мотоцикл, похожий на танк

Алексей Анпилогов

в гостях у "Завтра" изобретатель нового транспортного средства Алексей Казарцев

" ЗАВТРА". Что вы изобрели, Алексей?

Алексей КАЗАРЦЕВ. Наше изобретение называется МК17 — мотоцикл Казарцева. Мы, конечно, не велосипед изобрели, но аналоги и предшественники у нашего транспортного средства существуют. Мировые концерны уже выпускают такие транспортные средства. В частности "Тойота" выпустила свою модель I-Road — это трицикл, его сейчас активно продвигают в Токио в качестве рентного автомобиля. Нашими предшественниками являются швейцарский MonoTracer, голландский Carver One, Nissan Land Glider и BMW Simple — отличные проекты, наиболее близкие нам. Если Toyota I-Road — это всё-таки электромобиль, то BMW Simple — больше похож на спортивное транспортное средство. Да, мы сделали то, что уже делают в других странах мира. Другое дело, что мы сделали отечественный продукт, на отечественных компонентах.

" ЗАВТРА". По-моему, в описании вашего изобретения ключевое слово "трицикл". "Три"— это три колеса, "цикл"— это вращение. Я так понимаю, что кроме того, что вы поставили своё детище на три колеса, вы его сделали к тому же и всепогодным в отличие от мотоцикла с коляской.

Алексей КАЗАРЦЕВ. Верно. Но три колеса не всегда были. Один из предшественников ездил на двух колёсах, два дополнительных колёсика выезжали снизу.

" ЗАВТРА". По вашему описанию получается детский велосипед.

Алексей КАЗАРЦЕВ. Что-то в этом роде. Собственно говоря, один из наших конструкторов убедил меня сделать трёхколёсную модель, чтобы не возникало сравнения с детским велосипедом.