Газета Завтра 50 (1255 2017)

Интрига: появится или нет Рудольф Нуриев во весь рост en face в чем мать родила (Большой театр выкупил фотографию из фонда Ричарда Аведона) собрала в вечер премьеры балета "Нуреев" весь цвет российского истеблишмента, весь crème de la crème элиты. Светские хроникеры не успевали брать на заметку имена: Михаил Швыдкой — советник президента РФ по международному культурному сотрудничеству, Константин Эрнст — генеральный директор Первого канала, Сергей Чемезов — генеральный директор корпорации "Ростех"… "Вы хотите, чтобы всё звучало, когда зал заполнит буржуазная публика", — в пору было бы вспомнить разговор Кирилла Серебренникова с дирекцией Большого театра. Однако, эффект от посещения всё той же элитой спектакля-марафона "Гора Олимп" от Яна Фабра в Эрмитаже вынуждал обернуться назад, в сторону утраченного времени. Omne ignotum pro magnifico — говорили тогда. — Всё неведомое кажется нам великолепным.

Надо ли говорить, сколь сильно и неотвратимо было мое желание увидеть балет. И вот, открывая тяжелую, как будто специально неподдающуюся, дубовую дверь театра, я думала о том, что же я могу сказать о балете "Нуреев" или о Нуриеве, что ещё  не сказала на страницах газеты "Завтра"?

В глубине души свято храню ожерелье из воспоминаний.

Рассказ Аллы Осипенко о том, как "Рудик" — так балетные называют Нуриева — пригласил вместе отметить её день рождения, Алла как раз находилась в Париже. И когда она вошла в знаменитую роскошью убранства квартиру на набережной Вольтера, то в конце бесконечно длинного коридора, погруженного в полумрак, мерцал, словно пропущенный сквозь витражи готического собора, свет… и там, за клавесином, сидел, никого не замечая, Нуриев, играл минорные фуги Баха… В том роковом 1961-м, в дни гастролей Кировского театра оперы и балета в Париже, Осипенко с Нуриевым выступили в "Лебедином озере". Пресса не скрывала восторга: одно лишь адажио Одетты с принцем Зигфридом навечно вписало имена Осипенко и Нуриева в горние чертоги.