Где твоя волшебная кнопка? Как развивать эмоциональный интеллект

Механизм здесь такой же, как и при неудовольствии: человек во что бы то ни стало хочет выйти из данной ситуации либо конструктивным способом, либо уходом (от себя, ситуации и т. п.). Люди с мотивацией «от» в эмоциональном состоянии досады больше склонны к уходу от вызвавшей досаду ситуации (стратегия «поскорее забыть», «время лечит»). Интроверты с высоким уровнем внутренней рефлексии могут переключиться на самокопание, самобичевание. Персоны с мотивацией «к», у которых высокий уровень притязания, напротив, стремятся разрешить ситуацию, найти решение задачи, достигнуть результата.

В состоянии досады будут эффективными четкая постановка задач, проговаривание и корректировка дальнейших шагов, направленность на будущее, нежели на проговаривание причин сделанных ошибок. Эмоция досады (с примесью злости) иногда разряжается с помощью крепких выражений и других доступных способов. Тем самым эмоция трансформируется, проживается – и ее дальнейшее влияние минимизируется.

Тревога – переживание неопределенной угрозы, чувство неясной опасности. Есть и другое определение – «эмоциональное состояние острого внутреннего мучительного бессодержательного беспокойства, связываемого с прогнозированием неудачи, опасности или же ожидания чего-то важного, значительного для человека в условиях неопределенности» [45] .

Из описания группы негативных эмоций мы помним, что крайняя стадия развития тревоги – ужас. И если вы ощутили или прочитали тревогу, пора вмешиваться, пока она не выросла до более сильного негативного эмоционального состояния. Но даже пока она не выросла, сама по себе тревога оказывает большее влияние, чем досада, в силу большей возбудимости. Ее положительное или отрицательное влияние зависит от индивидуальных особенностей переживания этой эмоции человеком. При повышении интенсивности данной эмоции может наступить дезорганизующий эффект. Средний уровень тревожности, напротив, стимулирует мыслительную деятельность, а высокий – дезорганизует [46] .

В случае с тревогой размер и интенсивность эмоции имеют решающее значение.

Неудовольствие – эмоциональное переживание, которое возникает вследствие предъявления стимулов, которые являются неприятными [47] . Это переживание обычно трактуется как базовое и примитивное, а также не поддающееся сознательному анализу. По сути, является хорошим антонимом понятия «удовольствие».

Неудовольствие – более интенсивная эмоция по сравнению с досадой и тревогой. Сотрудник в ситуации неудовольствия стремится изменить данное состояние, то есть эта эмоция способствует повышению эффективности деятельности. Но если задача не имеет (как кажется человеку) решения или объективно он никак не может повлиять на ситуацию, данное состояние перетекает в бездеятельность, а в дальнейшем, возможно, в депрессию. Неудовольствие как лакмусовая бумажка говорит о необходимости изменения ситуации.

Один наш коллега в связи с этим разработал свою экспресс-методику оценки внутреннего климата компании: «Если я захожу в офис и вижу доброжелательные, улыбающиеся лица, оживленную речь, смех, скорее всего, здесь все в порядке. Если меня встречают люди с недовольным выражением лица и их – большинство, то внутри компании есть серьезные проблемы».

Страх . Поскольку этой сильной эмоции мы посвятили целый раздел, теперь просто напомним, что он оказывает весьма заметное влияние на мыслительные процессы и поведение индивида. Когда мы испытываем страх, наше внимание резко сужается, заостряясь на объекте или ситуации, сигнализирующих нам об опасности. Интенсивный страх создает эффект «туннельного восприятия», то есть существенно ограничивает восприятие, мышление и свободу выбора человека. Мало того, страх ограничивает и свободу поведения человека. Можно сказать, что в страхе человек перестает принадлежать себе, он движим одним-единственным стремлением – устранить угрозу, избежать опасности.

Иногда это оправданно и необходимо. Если страх обоснован и человек в состоянии сконцентрировать всю свою энергию и быстро устранить угрозу, то мы можем с полным правом заявить, что сужение восприятия и ограничение свободы поведения помогли. Наш коллега, путешествовавший в Камбодже с друзьями на мотоциклах, остался один в джунглях – без карты, без знания языка и один на один с реальной возможностью стать ужином для тигра.

Сергей Колякин: «Стал вспоминать: по карте где-то деревня должна быть, километров 18. А у нас скорость была примерно 3–5 км/ч, просто грязь, дорога неприспособленная – пешком можно идти, на мотоцикле тяжело. В итоге я умудрился часа за полтора эти 18 километров проехать. На край деревни въехал, когда уже почти темно было, сумерки. По дороге два раза падал. Поднялся, как комок грязи, пошел в луже помылся, завелся. Доехал до деревни, не знал, как там объясниться. Смотрю – бамбухаты [48] на высоких палках стоят. Люди в повязках набедренных, потому что ни маек, ни штанов нет. А я весь в экипировке, как пришелец. Я пытаюсь говорить на английском, на французском…

– Where is Poo? – Рисовать им начал.