Главные песни XX века. От Диксиленда до хип-хопа

JE T’AIME… MOI NON PLUSКак благодаря скандально-вызывающей откровенности Сержа Гейнсбура и Джейн Биркин секс вошел в мейнстрим популярной культуры

“Sex, drugs and rock’n’roll” – эта классическая формула «святой троицы» революционной эпохи 60-х стала популярной на самом деле уже в следующем десятилетии, после вышедшей в 1977 году одноименной песни британского панка-интеллектуала Иэна Дьюри. Однако сама фраза в несколько ином виде: «У контркультуры есть свои святыни: секс, наркотики и рок» впервые прозвучала в 1969 году в статье в американском журнале Life. Еще два года спустя ее уже категорически закрепил британский журнал Spectator: «Молодежная культура – это секс, наркотики и рок-н-ролл».

С момента рождения рок-н-ролла секс был его неотъемлемой составной частью. Чак Берри, Литтл Ричард, Элвис Пресли, Джерри Ли Льюис просто источали секс. И безудержным, оргиастическим ритмом, и недвусмысленными позами, жестами и движениями, и суггестивными, пусть и завуалированными в звукоподражании текстами, и поведением и жизнью вне сцены.

Откровенно читающиеся намеки на секс звучали в названиях песен: “(I Can’t Get No) Satisfaction”, “Let’s Spend the Night Together”, “Come Together”[82]. Но никогда прежде секс столь явственно, откровенно и вызывающе-бесстыдно не проникал в популярную музыку, как в вышедшей в свет во Франции в феврале 1969 года песне “Je t’aime… moi non plus” французского поэта, плейбоя и шансонье Сержа Гейнcбура, которую он записал в дуэте со своей английской подругой-любовницей Джейн Биркин.

Сексуальная революция была в самом разгаре. Появление противозачаточных таблеток раскрепостило женщин и привнесло желанную сексуальную свободу в и без того крушащий все социальные запреты дух «детей цветов», полным цветом расцветший в «лето любви» 1967 года. Литература и кино становились все более смелыми и отважными в публикации и изображении обнаженной натуры и сексуальных сцен – хотя время от времени им и приходилось бороться с не сдающейся цензурой и отстаивать свое право на свободу в судах. Более того, даже откровенное, бесстыдно сбросившее фиговые листки и искусства, и даже «мягкой» эротики жесткое порно постепенно легализовывалось – сначала в либеральных скандинавских странах, а потом и в остальной Европе.

Но даже и в этом контексте звучащие на фоне расслабленно-чувственного органа недвусмысленно оргазменные вздохи и стоны любовной пары, составившие большую часть четырехминутной композиции, произвели и в либеральной Франции, и за ее пределами эффект разорвавшейся бомбы – несмотря на всю осторожность издавшей пластинку фирмы. Единственная надпись на белом, «слепом» конверте гласила: «Не для лиц моложе 21 года». В Британии, Испании, Швеции, Бразилии и Португалии власти запретили трансляцию песни по радио. В родной Франции радиоэфир был дозволен только после 11 вечера.

Ватикан категорически осудил песню и отлучил от церкви главу фирмы грамзаписи, которая осмелилась издать сингл в Италии. «Папа Римский – наш лучший пиарщик» – так прокомментировал решение католической церкви циничный Гейнсбур. И на самом деле, запреты и осуждения, как это часто бывает, коммерческому успеху только помогли. В Британии “Je t’aime… moi non plus” стала первой неанглоязычной песней, взобравшейся на первое место хит-парада.

Нельзя сказать, что такая реакция была неожиданной. Прожженному цинику Гейнсбуру она была, безусловно, на руку. А вот его предыдущая любовница Брижжит Бардо, глядя на разразившийся скандал, по всей видимости, с облегчением перекрестилась: пронесло! Ведь на месте обретшей теперь сомнительную славу Джейн Биркин должна была быть она.

Ведь свою песню Гейнсбур (при рождении фамилия его – сына еврейских иммигрантов из России – была Гинзбург, он ее слегка видоизменил в честь своего любимого художника Томаса Гейнсборо[83]) написал еще летом 1967 года, в то самое «лето любви», и тогда же отправился в студию со своей возлюбленной, главной французской кинозвездой, известной всему миру по инициалам ББ. Бардо было 33 года, еще в 50-е она стала признанным секс-символом благодаря раскованным ролям в целой серии громких фильмов – как во Франции, так и в Голливуде, самым знаменитым из которых был «И Бог создал женщину» (1956), снятый ее первым мужем режиссером Роже Вадимом. Годом раньше, в 1966-м, она в очередной раз вышла замуж – за немецкого бизнесмена, мультимиллионера и плейбоя не хуже Гейнсбура Гюнтера Закса. Однако уже через год он стал своей звездной жене изменять, и именно в этот момент судьба столкнула ее с Гейнсбуром.