Государевы служилые люди. Происхождение русского дворянства

Гарнизон этих важных пограничных крепостей, посредством которых московское правительство отстаивало южные области от татар, составляли низшие служилые чины, пехотинцы – стрельцы и казаки, и артиллерия – пушкари, затинщики и воротники. Дети боярские и часть казаков служили конницей. Они жили в поместьях, отведенных им вокруг городков, и собирались в крепость только во время татарских набегов; на этот случай они обязаны были иметь в крепости «осадные дворы», в которых в мирное время жили одни лишь их крестьяне, холопы или вольные, гулящие люди, в качестве дворников[85].

По мере того как линия обороны выдвигалась на юг, дети боярские переселялись на вновь занимавшиеся и более опасные места. В 1571–1572 гг. для защиты новых крепостей, Венева и Епифани, правительство переселило в уезды этих городков часть детей боярских из Каширы и Тулы. Здесь им даны были поместья, «в половину пашенные земли и в половину дикого поля». Несмотря на постоянную опасность вторжения степняков, окрестности вновь построенных пограничных крепостей: Дедилова, Венева, Епифани были уже значительно заселены в семидесятых годах этого столетия. На девственной почве быстро возникают военные поселения помещиков. В восьмидесятых годах передовую линию украинских укреплений составлял город Орел с Путивлем, Рыльском и Ряжском. Орловский край также усиленно колонизовался силами отдельных помещиков, создававших на «диком поле» ряды мелких поселков, починков. По берегам рек, у колодцев, на опушках лесов дети боярские выбирали себе займища под пашню и покос; строили усадьбы (дворы) на займищах, превращая их в починки, получавшие названия от личного имени или фамилии владельца-колонизатора.

Поместными дачами на этой окраине наделялись не одни дети боярские, но и некоторые служилые люди низших разрядов, казаки и стрельцы, служившие за денежное жалованье, под начальством сотников, голов и атаманов, назначавшихся из дворян или детей боярских. В Дедиловском уезде даны были небольшие поместья двум сотням рядовых казаков за азовскую и черкасскую службу. В разных пунктах южной окраины владели поместьями также служилые татары; они размещались здесь отдельными группами, преимущественно в уездах Каширском, Пронском и Зарайском.

Состав детей боярских пополнялся в этих местностях иногда из низших служилых чинов, казаков. В 1585 году в Епифани набрано было из казаков 300 человек детей боярских; им даны были небольшие поместья в уезде этого городка; первой статье назначен был оклад в 60 десятин (40 четей); люди второй статьи получили еще меньше, по 45 десятин (30 четей)[86].

Украинные крепости с военными поселениями детей боярских были опорными пунктами в борьбе с татарской степью.

На дворянах и других служилых людях лежала, кроме того, трудная сторожевая служба впереди крепостей. Сторожевые станицы рассеяны были по степи для постоянного наблюдения за военными движениями татар и для предупреждения готовившихся вторжений. Начало этой станичной службы восходит к XIV веку; правильную организацию она получает при Иоанне Грозном. В 1571 году царь поручил боярину князю Михаилу Ивановичу Воротынскому «ведати и поустроити станицы и сторожи и всякие его государевы польские (полевые) службы». Новый начальник сторожевой украинской службы на совещании с детьми боярскими, станичными головами выработал устав сторожевой и станичной службы, чтобы «государеву делу было прибыльнее и государевым украйнам было береженье, чтобы воинские люди на государевы украйны безвестно не приходили». Но прежде чем было окончено введение нового устава и сделано было более целесообразное распределение станиц, совершилось известное нашествие Девлет-Гирея на Москву летом 1571 года. Украинные дворяне не узнали заранее о готовившемся нашествии, не успели своевременно предупредить правительство, которое было застигнуто врасплох татарским ханом. Новый устав князя Воротынского поэтому должен был быть введен в действие с особым тщанием. Сторожевые отряды детей боярских и казаков, по этому уставу, выходили из украинских крепостей под начальством сотенных голов и располагались стоянками где-либо в удобном для наблюдений (усторожливом) месте, откуда высылали разъезды по всем направлениям. Станицы должны были постоянно передвигаться с места на место: «два раза на одном месте кашу не варить, и, где кто полдневал, там не ночевать».