Граф М.Т. Лорис-Меликов и его современники

В печати весть о назначении сенаторских ревизий была встречена благоприятно, как и предвидел Лорис-Меликов. Даже консервативная печать высказалась о них в унисон общим толкам. Результатом ревизий, по словам «Московских ведомостей», должно быть указание целого ряда мер, касающихся всех сторон народной жизни»³⁹⁹. В либеральной журналистике подчеркивалось, что предпринятая по инициативе Лорис-Меликова ревизия отличается не только «небывалыми до сих пор размерами», но и проводится «на новых основаниях»⁴⁰⁰. Не была упущена возможность при этом высказать мысль о целесообразности привлечь к ревизии представителей общества⁴⁰¹. В либеральной среде прямо связывали сенаторские ревизии с «созывом сведущих людей для обсуждения того, что будет этими ревизиями открыто»⁴⁰². Из воспоминаний современников следует, что ревизия производила большое впечатление, порождая о себе всеобщие толки⁴⁰³. С обычной нигилистической предвзятостью отнеслись к ревизии революционеры, углядев в ней лишь «один из ходов в шулерской игре Ло^ис-Меликова»⁴⁰⁴.

Ревизии завершались уже после отставки Лорис-Меликова, а он, отторгнутый от дел, все волновался, исполняется ли инструкция «или

дело заброшено»⁴⁰⁵. Но определенными результатами, сообщаемыми ему сенаторами в процессе своей работы, министр внутренних дел, несомненно, пользовался, особенно подготавливая социально-экономические преобразования. О них речь впереди, а сейчас стоит обратиться к событиям, последующим за учреждением сенаторских ревизий.

* * *

Сразу после наставления сенаторам-ревизорам министр внутренних дел выступает 6 сентября перед редакторами наиболее крупных и влиятельных газет и журналов. К таковым он причислил и журнал, особенно часто подвергавшийся нападкам цензуры, отмечавшей его «социалистическую окраску», — «Отечественные записки», редактор которых М.Е. Салтыков-Щедрин присутствовал на этой своеобразной пресс-конференции министра. Именно «Отечественные записки» поместили о встрече с министром наиболее полную информацию, на которую затем ссылались все другие издания.

Целью встречи Лорис-Меликова с прессой, с одной стороны, было проинформировать ее представителей о правительственной программе после ликвидации Верховной распорядительной комиссии и произошедших изменениях в органах власти. С другой стороны, выступление перед редакторами являлось своего рода внушением, что и как следует печатать, освещая текущую политику. Признавая важнейшую роль печати в формировании общественного мнения, Аорис-Меликов полагал, как было видно из его апрельского доклада 1880 г., что периодическая печать нуждается в «надлежащем руководстве» со стороны власти.

При Лорис-Меликове происходит заметное оживление периодической печати*^ Появился ряд новых газет, среди них «Порядок» М.М. Стасюлевича, «Земство» В.Ю. Скалона и А.И. Кошелева, возобновилось издание «Руси» И.С. Аксакова, «Гласность» А. Гиероглифо-ва. Последнее издание, разрешенное лично Лорис-Меликовым, осуждало «революционный социализм», пропагандировало социализм «научный» как способствующий совершенствованию общества, но не затрагивающий интересы частного предпринимательства. Возникли и новые журналы либерального направления: «Русская мысль», «Новое обозрение», «Земская школа». В то же время известному либеральному журналисту Г. К. Градовскому было отказано в разрешении издавать газету⁴⁰⁶. При ставленнике Лорис-Меликова — Н.С. Абазе, назначенном начальником Главного управления по делам печати, значительно сократились цензурные преследования⁴⁰⁷.

Печать, ощутившая некоторое ослабление цензурных уз, заговорила более чем когда-либо свободно и раскованно о предметах, прежде обсуждению не подлежавших. Намеки на предстоящие преобразования, на необходимость «света и свободы», как условия развития страны, на призыв к управлению «здоровых сил общества» не сходили со страниц либерально-демократической прессы. Однако серьезный разговор на эту тему исключался. Статья К.Д. Кавелина «Мысли о представительстве», написанная летом 1880 г., света не увидела. Кавелин доказывал в ней, что выборное представительство вовсе не связано с конституцией и не есть средство для ограничения самодержавия. Михаил Тариелович, статью читавший, счел ее несвоевременной⁴⁰⁸.