«Я, может быть, очень был бы рад умереть»

– Действительно очень жарко, если позволите, я сяду поудобнее, – сказал отец Зэ Карлуша, снял ногу и забросил её к себе на плечо, отчего дама упала в обморок, не доехав до станции.

Вот этого человека я знал, приятного, находчивого соседа, пользующегося уважением всех жильцов. Другая история на самом деле не совсем история, это больше программа выживания, прошедшая через три поколения.

Это был мой отец, сказал отец Зэ Карлуша:

– Мой отец научил меня не иметь комплекса неполноценности. Когда кто-то смотрит на тебя, посмотри ему в глаза и иди дальше. Ты не можешь показать, что ты чего-то боишься!

Этот самый взгляд внук Зэ Карлуш продемонстрировал в зале суда, тогда, когда люди хотели видеть раскаяние или хотя бы безумие.

Психолого-психиатрическая экспертиза характеризовала его как: «слегка иронического, иногда немного депрессивного, с острым взглядом, робкой внешностью, связная речь с богатым словарным запасом, говорит быстро, но не монологично, сохраняет спонтанное и добровольное внимание, выглядит ясным, коммуникабельный».

Никаких бредовых состояний, никаких следов галлюцинаций или «психопатологий и психотических расстройств». Наоборот, здоровое и логичное мышление, он даже уточнил, что арестован, потому что совершил «несколько преступлений, как определено в уголовном кодексе».

О своём деде он сказал, что у старика был сварливый характер, как у его отца, что он часто беспокоился о мелочах, как и его отец. Его отец пил слишком много, бросал вещи на пол, заводился с пол-оборота, поколачивал мать в спальне, Зэ Карлуш сам слышал.

– Он быстро раздражался из-за нашего присутствия, даже по мелочам. Зэ Карлуш расстраивался только два раза в жизни, и только в одном из них плакал:

– Единственный раз, когда я плакал, это когда смотрел фильм «Иисус из Назарета», но, поскольку я был с родителями, я сдерживал слёзы, единственный раз в своей жизни до убийства, несмотря на то, что я ко всему проявлял участие, ничто меня по-настоящему не трогало».

Только когда смотрел «Иисуса из Назарета», из-за его примера смирения и жертвенности, из-за его послания всему человечеству. Когда люди описывают, как он разводил руки в стороны, выронив нож, они вспоминают, что он выглядел как Иисус Христос, вот этот образ отпечатался у них в памяти.

И тогда возникла необходимость порадовать его мать. Когда Зэ Карлуш начал лгать, сказав, что перешёл на следующий год, хотя на самом деле провалил экзамены, он ходил подавленным, так как очередную ложь требовалось прикрыть новой. Зэ Карлуш расстраивался всего один раз в жизни, а плакал только два, считая «Иисуса из Назарета».

– Мне хотелось заплакать ещё раз, но я просто не смог. Один раз, когда я с седьмого раза не смог завести мотоцикл и заметил, что все вокруг смеялись надо мной, тогда я пришёл домой и действительно заплакал.

Я помню его велосипедную цепь.

Он пересел на мотоцикл, но по-прежнему не смотрел тебе в глаза.

В тот день, 19 декабря, в день школьной рождественской вечеринки, он разъезжал на своём байке, разыскивая учительницу Катарину. У него уже был с собой кухонный нож, но он сомневался в его надёжности для данной миссии. Ещё в ноябре он решил, что учительница английского должна умереть, но не мог понять какой именно факт был «веским и определяющим» его решение.

Однако мотив был.

Позже Зэ Карлуш назовёт себя «средним учеником», за исключением музыки в Консерватории. Но в этом районе за ним закрепилась слава «отличника», когда в реальности он получал тройки и двойки ещё со средней школы. Чтобы скрыть свои плохие оценки, он достал копию ключа от школы и пробирался тайком в выходные, чтобы подделать ведомость.

– Кем ты хотел стать?

– Стать великим музыкантом.

– Почему?

– Возможно, потому что чувствую свою способность играть на пианино.

Он не мог даже перейти в старший класс, но вёл себя так, будто бы он там учится. Несколькими месяцами ранее Катарина поняла, что что-то здесь не так, и поделилась догадкой с матерью Зэ Карлуша, тоже учительницей и своей подругой. Он объяснил, что ошиблись в канцелярии, и пошёл туда, чтобы «исправить» своё зачисление, став, таким образом, «учеником» Катарины.

– Какой предмет тебе больше всего нравился?

– Английский.

– Почему?

– Сам язык.

– Эта дама преподавала английский язык.

– Учительница Катарина преподавала английский язык.

Бедная Катарина, все её любили, она была, (как писали газеты), «всеми любимой» и «очень гуманным человеком ИМХО». Она потихоньку старела в одиночестве в своей зелёной квартире на первом этаже с ромбовидными узкими отверстиями, напоминающими бойницы замка.

Наконец, 19 декабря Зэ Карлуш пришёл к абсолютно логичному выводу, что она должна быть устранена.

– Она должна была умереть и именно в тот день.

Горько было узнать, что она тоже считала тот день особенным. Она надела юбку выше колен вместо обычных мешковатых потёртых джинсов и пошла в парикмахерскую. Надела серёжки. Некоторые были удивлены, кто-то сделал ей комплимент.

– Ты сегодня красотка.

– Праздник в школе.