«Я, может быть, очень был бы рад умереть»

На таком вот празднике я однажды занял ex aequo[8] первое место на поэтическом конкурсе со своим собственным стихотворением «Конь киста». Оно начиналось так:

«Я когда-нибудь в джунгли отправлюсь».

Это была история человека, типа исследователя, который мечтал попасть в джунгли Амазонки или тропические леса Центральной Америки в составе большой экспедиции «людей, ослов и других предметов» в поисках затерянного города с сокровищами, как у инков или ацтеков.

В конце концов мне удалось найти сокровища в точном месте

«средь камней и древесных корней»

Золотые статуэтки, большинство из них фигурки горбунов с высунутыми языками, волосатых, покрытых перьями. Но когда это произошло, рассказчик в этом странном рождественском стихотворении обещал:

Затем я убью дикарейи всех остальных —людей, ослов, лошадейИ буду – один богатей

«Конь киста». Каламбур – неплохо вышло. Немного напоминает прошлый мир и настоящий тоже.

Внимание: это был не я, иногда, когда мы говорим «я» – на самом деле это не «я». Иногда мы говорим «я» и рассказываем о чём-то, что происходило совсем не так, или в другом времени или вообще не происходило.

Перед рождественской вечеринкой учителя собрались, чтобы обсудить оценки за первое полугодие. Зэ Карлуш посещал все уроки английского языка и сдавал тесты. Но он знал, что, используя полицейскую терминологию, «подлог» вскроется на этом собрании, когда учителя начнут обсуждать каждого ученика в отдельности.

Один раз, только один раз, он задумался о возможности самоубийства. Но тут же это отбросил.

Он отправился на поиски Катарины в школу, но её машины там не оказалось. Позже, он встретил её «просто по счастливой случайности», он пояснил, что имеет в виду «ненароком» на улице старого города. Он спросил её, может ли он взять словарь, который поможет ему сделать перевод. Она ответила ему, что словарь у неё дома, что она скоро туда приедет. Зэ Карлуш приехал туда на байке и стал ждать, спрятав кухонный нож под курткой. Было 3 часа дня.

«Он уточнил, что по дороге к дому учительницы Катарины его неотступно преследовало желание убить её, что место и ситуация были подходящими для осуществления желаемого, но уже находясь в доме учительницы, он сначала оставил эту мысль после повторного обдумывания».

– Я не могу, не могу.

Вот что он сказал, что подумал. Он вышел и вернулся домой, пролистал словарь английского языка, и обнаружил, что всё-таки сможет.

Учительское собрание в 5:30, тогда мать всё и узнает.

Окончательно решение об убийстве было принято в этот момент, это официально. Жаль, что стены не могут записывать некоторые мысли, которые рождаются внутри них. Они бы тогда почернели. Но что-то пошло не так. Некоторые люди перестали приходить к нам под самыми нелепые предлогами, ай, у меня что-то с ногой и что-то в этом роде, когда на самом деле они не могли переступить порог первого этажа, № 13. Линия, на которой Зэ Карлуш решился на убийство, излучала страх.

Он снова сел на байк, поехал вниз по Проспекту Жуана XXI, мимо Кафе Куртиса, чтобы купить в лавке Кодорниша лучшее на Руссиу оружие – увесистый боуи. Это земля весёлых скаутов, поющих ай-ай – юппи-юппи-ай! будь готов! берегись! диб-диб-диб! они заполонили горы своими криками, ножами, верёвками и топорами; он не вызвал никакого подозрения.

Длина клинка 13,3 см, максимальная ширина 2,3 см, полная длина 23,5 см, по сантиметру на каждый удар, если подумать, остаётся 5 миллиметров.

Были подозрения по поводу предполагаемого романа или сексуальной агрессии. Ей было 56, ему 19, но из-за отсутствия лучшего объяснения, люди хотят видеть преступление на почве страсти. Ничего подобного. Например, он говорил о ней как о подруге, но больше как о подруге своей матери, не более того, да даже и не совсем подруге. А отчёт судебно-медицинской экспертизы заверяет нас о полном отсутствии следов такого рода на трупе, колготки и белые трусы были на месте, более того, судя по фотографиям, фигурирующим в деле, (среди всей этой разлитой и забрызганной крови, среди всех этих ужасающих ранений, бедная Катарина), это была практически единственная зона, куда Зэ Карлуш не воткнул свой нож.

Одинокая жизнь и застенчивость могут скрывать ужасные порывы.

– Что тебе в себе не нравится?

– Моё собственное телосложение, – ответил Зэ Карлуш, – но это изменилось в год убийства. У меня был этот комплекс, мою внешность критиковали, на самом деле даже сегодня у меня есть этот комплекс, но каждый раз, когда я вспоминаю, что у меня есть этот комплекс, я смеюсь.

В остальном он сказал то, что было зафиксировано в судебном процессе.

– У тебя были любовные отношения?

– Нет.

– Никогда?

– Никогда.

– Даже платонические, на расстоянии?

– Да, это да.

– В этих мечтах ты строил планы на будущее?

– Нет, я так не думаю, не могу вспомнить.

– Ты никогда не думал жениться, завести детей?