«Я почему-то должен рассказать о том...»: Избранное

Было просто, очень просто:Стол перед окном.Человек большого ростаВ кресле за окном.Мягкое текло сияньеПасмурного дня.Было нечто без названья —Были мир и я.

«А самое главное? — Вот что…»[99]

А самое главное? — Вот что:Я живу и жизнь хороша,Утром — солнце из сада. Ночью —Робкий шорох карандаша.Кто-то вывел меня из потемок.Поведет он меня и впредь.Жить доверчиво, как ребенок,И доверчиво умереть.И окончится все, как надо:Если надо — навеки спать,Если надо — солнце из сада,И стихи, и я сам — опять.

«Итак, мы живем, господа…»[100]

Итак, мы живем, господа.Момент исключительно редкий.Взгляните: окошко звезда,Ночные, притихшие ветки.Был Рюрик. Был царь Соломон.Людовики были в Версале.А мы, погруженные в сон,Бессовестно все прозевали.На миг из-под заспанных векВзглянули вокруг изумленно,И вновь забываем навек,И Рюрика, и Соломона.Живем мы на свете года,Увы, навсегда умираем.Цените же: ветки, звезда,Огни над далеким трамваем.

«В далекой вечности, когда я стану Богом…»[101]

В далекой вечности, когда я стану БогомИ наконец сполна вселенную создам,Я вспомню налегке, как по земным дорогамЯ брел беспомощно, растерян и упрям.И я пойму тогда, сквозь ласковую жалость,Зачем такой смешной, в штанах и пиджакеСтоял я у окна. И солнце расползалосьПо лужам мартовским и по моей руке…

«Верёвка через двор. Рубашки, полотенца…»[102]

Веревка через двор. Рубашки, полотенца.И ряд кальсон.С открытой непредвзятостью младенцаГляжу — и поражен.Мильоны лет творится мирозданье,Вот результат —Веревка, двор и четкое сознанье —Подштанники висят.Не знаю, мало это или много,Но это — всё.…В бездонном мире строго и убогоКолышется белье….

«В детстве — лампа. И, коленями на стуле…»[103]

В детстве — лампа. И, коленями на стуле,За Майн Ридом в детской над столом.Львы, охота. Реют стрелы, свищут пули.«Вырасту — и я сражусь со львом».Вот и вырос. Вот: обед, жена, контора,Седина усталой головы.Вот и вырос. Снег, и сосны, и заборы.Где же подвиги? И где же львы?

«За что мне радость такая?..»[104]

За что мне радость такая?И утро, и грусть, и дыханье,И ветки в саду колыханье,И воздух, дрожа и сияя,Плывет, меня омывая…За что мне радость такая?

«Умру до конца, без остатка…»[105]

Умру до конца, без остатка,А все-таки это было:Был стол, карандаш, тетрадкаИ вот — папироса дымила.

«Каждый день: проснулся — и обои…»[106]

Каждый день: проснулся — и обои.Отчего нельзя, хотя бы раз,Пробудиться в настоящее, большое,Что откуда-то тревожит нас?

«Мы спим. Мы спим. И страшные мы видим сны…»[107]