Я стираю свою тень

Он хотел взять меня на испуг, думал, я не замечу барашек на рукоятке, которым затягивают баллончик с углекислотой. Это была безобидная пневматика.

— Вы дебилы? Я же вас сдам через пять секунд, как вы уедете, — я взялся покрепче за черенок лопаты.

— Ты чё, бл… тварь, бессмертный что ли? — мужчина выхватил пистолет.

Не дожидаясь, когда он начнет стрелять, я замахнулся лопатой и нанес ему плашмя удар по голове. Преступник, конечно, не ожидал такого расклада. Переоценил свои театральные способности внушать страх. Он упал в грязь, поднялся и выстрелил в меня из пистолета, превратившегося в черный ком. В лицо мне полетели брызги, а в живот больно впилась выпущенная пулька. Зато второго выстрела не последовало. Пистолет заело. Я снова замахнулся и ударил по выставленным рукам. На этот раз удар уже не был нанесен плоской стороной штыка. Я ударил по его рукам ребром, но вскользь.

Штык рассадил ему плоть. По грязным рукам хлынула кровь. Мужик заорал благим матом и кинулся от меня. Я погнался следом. Из дома на крик выскочили его напарники. У одного из них в руках оказался разводной ключ, а у второго пистолет, похожий на настоящий. Но меня было уже не остановить. Я вошел в дикий кураж, поддавшись жажде наказать негодяев.

— Стреляй, сука! — выкрикнул подраненный мною бандит.

Раздался выстрел. Пуля угодила в район солнечного сплетения. Удар выбил из меня дух. Мир закрутился по спирали, и я штопором свалился во тьму. Однако сознание потерял не полностью. Ощущал, но не чувствовал боли, как мне по голове несколько раз ударили ключом и пнули в ребра. Только затем наступило полное забытье.

Я долго гулял по мрачным лабиринтам каких-то подземелий. В них было темно, холодно и пахло сыростью. Иногда тишину нарушали посторонние звуки, как будто над подземельями проходила автомобильная трасса. Иногда я слышал приглушенные голоса, но не мог разобрать слов. А потом появился размеренный писк. Я пытался найти его источник, бродя по лабиринтам. Звук то приближался, то удалялся, но я упорно искал его, чтобы выключить. Мне хотелось тишины и спокойствия.

В одном из ответвлений бесконечных пещер стало светлее. Я выбрал его, и вскоре увидел свет и услышал четкий пикающий звук. А потом я понял, что смотрю на белый потолок и слышу ритмичное попискивание от аппарата, стоящего рядом со мной. Мне захотелось повернуться и посмотреть, но сил для этого не нашлось. Моя голова будто была закована в панцирь. Писк сменил частоту.

Через минуту надо мной зависла голова женщины в маске и медицинской беретке.

— Пришел в себя, — выкрикнула она в сторону. — Ну, привет, — приветствие уже относилось ко мне.

Я смог только моргнуть. Послышался мужской голос. Надо мной зависла мужская голова в колпаке и маске.

— Моргни три раза, — попросил он меня.

Я моргнул.

— Отлично, состояние адекватное. Добавьте ему дозу глюкозки и стимуляторов. Раз пришел в себя, значит, выкарабкается.

Краем глаза я видел, как женщина в халате возится возле трубок. Вскоре мне стало так хорошо и спокойно, что я уснул. В этот раз не было никаких подземелий. Я просто спал, наслаждаясь эти состоянием. Что-то тревожило меня в нем, но мысль никак не могла найти причину. Поэтому я отпустил чувство тревоги, чтобы не портить себе восстанавливающий силы сон.

Когда я проснулся, в комнате было темно. От пикающего прибора падали разноцветные блики на потолок. После этого пробуждения я почувствовал себя почти прежним. Точно так же я просыпался и чувствовал себя. Раньше. А когда раньше? Мои встроенные биологические часы давали понять, что я лежу здесь уже давно. Почему? Я попытался вспомнить, по какой причине лежу здесь, ведь так было не всегда. Я точно помнил это. Напряжение памяти ничего не дало, кроме дискомфорта. Я быстро устал и меня начало тошнить. Видимо, по этой причине изменилось пищание аппарата. В палату зашла сестра и снова произвела манипуляции с трубками. Мне опять стало хорошо и захотелось спать.

Снова наступил день. На меня пришли посмотреть несколько человек. Они по очереди заглядывали мне в глаза, а мне очень хотелось, чтобы они сказали, что со мной произошло и когда я снова смогу ходить. Но они разговаривали только между собой, как будто меня здесь не было.

— Перелом черепной коробки. Возможно, задет речевой центр. Переломы ребер, множественные, соответственно, задеты легкие. Гематома в нижнем грудном отделе. Был доставлен неделю назад.

— Кем?

— Нами. Кто-то вызвал скорую.

— Анонимно?

— Да, звонивший не захотел представляться.

— Номер есть?

— Вроде. Я не интересовался.

— Когда я смогу пообщаться с ним?

— Думаю, дня через три-четыре.

— Хорошо, я вам наберу через четыре дня.

— Ладно.