Языческий календарь. Миф, обряд, образ

Любовь; Орел; Лев; Змееносец; Змей (Спираль); Рыбы.

В своем роде восьмичастный год можно описать по аналогии с растущим и развивающимся человеческим существом, которое рождается в период Зарода, в месяц Путника проходит этап возмужания и первой возрастной инициации — вступление на Путь, в месяц Любви

постигает опыт человеческих взаимоотношений, проходит вторую возрастную инициацию — посвящение в социум — в месяц Орла, входит в стадию социальных взаимодействий и вкушает сладость и горечь власти в месяц Льва, в месяц Змееносца готовится к кастовому, магическому посвящению, достигает в месяц Змея слияния с общей структурой Вселенной, поднимаясь на высочайший пик своего существования, и растворяется в мировом Хаосе, дабы породить новую жизнь, в месяц Рыб.

Что касается получающейся динамики года и распределения стихий, мы можем предложить следующую картину для описания динамики восьмичастного года:

Зарод

— основная стихия — Огонь при вспомогательной Земле;

Путник — основная стихия — Воздух при вспомогательной Земле;

Любовь — основная стихия — Вода при вспомогательном огне;

Орел — основная стихия — Земля при вспомогательном огне;

Лев — основная стихия — Воздух при вспомогательной Воде;

Змееносец

— основная стихия — Огонь при вспомогательной Земле;

Змей — основная стихия — Земля при вспомогательном Воздухе;

Рыбы — основная стихия — Вода при вспомогательном Воздухе.

В данном случае мы видим, что каждый из месяцев объединяет одну из условно «женских» и одну из условно «мужских» стихий, при этом самыми напряженными месяцами с наибольшим потенциалом трансформации представляется Змееносец — период с Самайна до Коляды, когда мир готовится к новому Рождению, и Орел — месяц с Купалы до Лугнасы, когда год поворачивается на новую Смерть, а самыми устойчивыми «буферными» месяцами становятся Змей — промежуток «созревания» новой жизни, и Путник, стоящий на страже зарождения новой смерти.

Заключение

КАЛЕНДАРЬ В МИСТЕРИИ И В ЖИЗНИ

Основные сильные точки на Годовом Коло — общие для всех народов Северной Европы, и не только для индоевропейцев. Рассмотрев календарные представления и обычаи четырех северных народов, мы обнаружили глубокое духовное родство разных Традиций в подходах к исчислению времени. Это немудрено — Небо над нами одно, звезды на нем видимы примерно одинаково, ветры с Атлантики приносят одни для всех бури. Сходство природных условий является не последним фактором среди тех, что объединили народы Севера Европы в единую священную семью. И осознание этого единства позволяет нам восстановить утраченные знания с помощью сохраненного нашими ближайшими родичами. Различие же между локальными традициями, вызванное неминуемой разницей в природных условиях и длительным историческим путем, пройденным порознь, еще раз позволяет нам прочувствовать основополагающий принцип традиционной культуры: «Единство в многообразии».

В первую очередь нас объединяет Солнце — наибольшее сходство замечается именно между солнечными праздниками. Для англосаксов и сербов, для литовцев и шотландских горцев Зимнее Солнцестояние является праздником домашнего очага, а Летнее — знаменуется костром возможно большей высоты.

Общей для нас является и Луна. Но в Традиции северных народов знание движения Луны всегда относилось к наиболее сокровенному, тайному. Общение с Луной было и остается сердцевиной женской магии, что не лучшим образом сказалось на сохранности этого знания: мужчины оставляют записи на века, женщина рассказывает детям на ночь. Потому так мало достоверных памятников, которые можно будет привлечь для восстановления подлинной календарной системы древности.

Несмотря на то что сильные точки Годового Коло являются общими для всех народов, в разных традициях несколько по–разному расставлены акценты. Так, для славян — наиболее почитаемыми праздниками в году являются празднования точек Солнцестояния, Коляда и Купала. Для кельтов же — наиболее таинственные, мистические праздники, когда происходит самый тесный контакт с Иным Миром — Бельтан (пик весны) и Самайн (пик осени).

Солнечные точки хотя и были известны кельтским народам не хуже, чем их соседям, но такого почитания, как точки Огненного Креста, у них не получили: о них редко упоминается в рассказах о деяниях богов, в эти дни не рождались и не гибли великие герои, от них не осталось рассказов об обрядах и великих праздниках. Славяне, напротив, имели весьма четкое представление о двух «вершинах» года — светлой и темной, и не столь выраженное — о весеннем и осеннем равноденствиях, с которых, собственно, и отсчитывались соименные им времена года. Еще менее четко выражено в народном календаре представление о точках Огненного Креста.