Иеромонарх революции Феликс Дзержинский

Так в Петрограде в Латышском клубе появились два молодых командира-отпускника – Ян Буйкис, называвший себя Шмидхеном, и Ян Спрогис. Благодаря манерам, деньгам, нескрываемому отсутствию симпатий к власти они в клубе быстро стали «своими». Последовало и ожидаемое знакомство с Кроми. Их встреча в гостинице «Французская» произвела на англичанина благоприятное впечатление. Но краткосрочный отпуск у латышей будто бы подходил к концу, и тогда Кроми дал Шмидхену рекомендательное письмо в Москву, прямо к Локкарту. Рыбка клюнула!

Дзержинский решил развить успех и подключить к операции ещё одну лакомую наживку – командира 1-го дивизиона латышских стрелков Эдуарда Берзиня, непосредственно охранявшего Кремль. 14 августа Шмидхен с Берзинем прибыли на частную квартиру Локкарта в Хлебном переулке. Искушенный разведчик принял их настороженно. Но письмо сомнений не вызывало, да и разочарование офицеров Советами показалось вполне искренним. А когда они заявили, что совершенно не хотят воевать с английским десантом под Архангельском, куда их вскоре намереваются отправить большевики, и готовы перейти на другую сторону, огоньки в глазах Локкарта зажглись. Но все же он решил взять паузу, переговорить со своими французскими союзниками генералом Лавернем и генеральным консулом Гренаром.

На следующий день состоялась вторая встреча. Итогом её были удостоверения на гербовой бумаге с печатью, принесенные в кабинет Дзержинского:

«Британская миссия, Москва, 17 августа, 1918 г. Всем британским военным властям в России. Предъявитель сего… латышский стрелок направляется с ответственным поручением в Британскую штаб- квартиру в России. Обеспечивайте ему свободный проезд и оказывайте всемерное содействие. Р. Локкарт. Британский представитель в Москве».

Брюс Локкарт.

[Из открытых источников]

Один экземпляр – на имя Яна Яновича Буйкиса, второй – на имя капитана Кранкаля. Вручив эти документы Берзиню, Локкарт в заключение беседы уведомил о встрече с лейтенантом Сиднеем Рейли, с которым впредь предстоит держать связь. Их знакомство прошло уже на Цветном бульваре. Английский разведчик поначалу заговорил об участии латышских стрелков в военных действиях союзнического десанта в Архангельске. Но затем перевел беседу на другую тему – антисоветского выступления в Москве и Петрограде. Зная о том, что Берзинь командует латышскими стрелками, охраняющими Кремль и членов Советского правительства, Сидней Рейли предложил Берзиню организовать их захват прямо во время заседания 28 августа, а также занять Государственный банк, Центральный телеграф, телефон и другие важные учреждения. Причем тут же на расходы по организации этого плана, подкуп нужных людей вручил Берзиню 700 тысяч рублей.

Деньги в тот же день благополучно перекочевали в кассу ВЧК.

– Может, нам временно перейти на содержание британцев? – удовлетворенно потирал руки Петерс. – Надо бы потянуть. Глядишь, там ещё французы, американцы чего-нибудь подкинут, а?

– Боюсь, не одни мы у них тут такие, – серьёзно ответил Дзержинский, на днях решением Совнаркома вновь назначенный председателем ВЧК.

Сидней Рейли.

[Из открытых

источников]

Подумалось, что вот так же азартно, наверное, Яков потирал руки в бытность зятем лондонского банкира. Впрочем, у кого-то ещё Феликс подмечал этот жест. У кого? Ну да, у тезки Петерса, Якова Свердлова. Только у председателя ВЦИК ладони обычно двигались как-то пошустрее.

Феликс тоже знал за собой одну неискоренимую привычку – во время размышлений останавливать или даже как бы забывать на чем-то или ком-то свой взгляд. Знал, что порой это настораживает, а то и раздражает окружающих, старался следить, бороться. Но победить это наследие тюрьмы, тюремной камеры, когда годами переводить глаза некуда, да и незачем, не так-то просто. Англичане правы, когда говорят, что привычка – вторая натура… Вот и вернемся к англичанам, а то лицо Петерса уже напряглось.

– Да, стоит потянуть, Яков, действительно стоит. Берзинь должен убедить Рейли, что для захвата Ленина и народных комиссаров нужна более серьёзная подготовка. За это время нам надо собрать как можно больше информации об их контактах и ликвидировать одним махом всю сеть. Кстати, настоящая фамилия этого Рейли Розенблюм, и родился он вовсе не на Британских островах, а в пределах Российской империи, будто бы в Одессе. Оттого и русским языком владеет абсолютно, и связи наращивает легко.

Через несколько дней прошла ещё одна встреча Берзиня с английским разведчиком. На ней в деталях обсуждали план захвата народных комиссаров. Берзиню удалось отсрочить операцию. Рейли согласился. Но вот концовку предложил совсем иную:

– Везти Ленина к нашим частям в Архангельск слишком рискованно. Надо ликвидировать его сразу.

И подкрепил эти изменения задачи не аргументами, а конвертом с двумя сотнями тысяч рублей. Чувствовалось, что доверие англичан растет.