Император Всероссийский Николай I Павлович

Адрианопольский мир 1829 г. передал под юрисдикцию России Черноморское побережье Кавказа, представлявшегося живущим во внутренних областях России «диким». Но юрисдикция не означала контроля. Горцы Северо-Западного Кавказа не считали себя подданными султана, не считали они себя и подданными «белого царя». На Северо-Восточном Кавказе в Дагестане начались междоусобные войны между населявшими их народами. Словом, на Кавказе было неспокойно. Император рассчитывал здесь на усилия своих доверенных лиц, что было характерно для его политики по отношению к управлению окраинами империи. Смена Ермолова Паскевичем на Кавказе – шаг в этом направлении. Однако «отец-командир» понадобился в неспокойной Польше, а выбор руководителя кавказского региона оказался неудачным. К 1837 г. ситуация на Кавказе стала критической, и, как обычно, император решил лично выяснить, что там происходит. Он был впечатлен красотами Кавказа и удручен положением дел в его администрации. Николай I писал Паскевичу о ее главе, Г. В. Розене: он был «всеми поставлен в дураки». Чиновники и местные правители грабили народ «до крайности». Розен был снят, а Николай изменил содержание своей «кавказской» политики, которая стала более «мягкой», направленной на сохранение местных обычаев и порядков и установление контакта с местным населением при особом покровительстве духовенству. Попытки найти достойного правителя для этого края заняли несколько лет, наконец, в конце 1844 г., наместником Кавказа стал новороссийский губернатор М. С. Воронцов. По выражению современного историка, «он привязал Кавказ к России – не столько военными действиями, сколько умелой гражданской деятельностью, направленной на культурное и экономическое развитие региона». И это стало основным фактором, приведшим уже после смерти императора Николая I к окончательному умиротворению Кавказа (1869), который начиная с 1817 г. отчаянно сопротивлялся усилиям России сделать его одной из областей империи.

Эпидемии и мятежи

Две войны закончились победой России. Теперь можно было продолжить созидательную деятельность, начатую императором после воцарения. Но не тут-то было. Пришла новая напасть: летом 1830 г. в пределах империи появилась холера. Тогда же в Петербурге были получены известия из Парижа об отречении от престола в результате революции Карла X и воцарении Луи Филиппа, избранного парламентом «короля-гражданина». Такой король, с точки зрения Николая, был «не настоящим», то есть не законным.

«Я пришел просить милосердия Божия за ваши грехи» – император Николай I своим присутствием усмиряет холерный бунт в Санкт-Петербурге в 1831 году. Литография из французского периодического издания Album Cosmopolite. Датирована 1839 г.

Голова шла кругом от бурного и непредсказуемого развития событий. Холера начала свое шествие по стране. В конце сентября она достигла Москвы. Из города началось массовое бегство жителей. И в это время Николай пишет московскому генерал-губернатору: «Я приеду делить с Вами опасности и труды». И вот он уже на службе в Успенском соборе Кремля. Даже люди, не особо его жаловавшие, были восхищены. Либеральный скептик, поэт П. А. Вяземский, записал в дневнике: «Тут есть не только небоязнь смерти, но и… какое-то христианское и царское рыцарство. Приезд царя в город, объятый заразою, есть точно подвиг героический». Пушкин отозвался на поступок Николая восклицанием: «Каков государь! Молодец!» и стихотворением «Герой»:

Клянусь: кто жизнию своейИграл пред сумрачным недугом,Чтоб ободрить угасший взор,

Клянусь, тот будет небу другом,Каков бы ни был приговор.