Иностранные войска, созданные Советским Союзом для борьбы с нацизмом. Политика. Дипломатия. Военное строительство. 1941—1945

В целом командная вертикаль, ведущая от И.В. Сталина к уполномоченному, по сравнению с периодом генерала Панфилова заметно оживилась, была четче артикулирована, а сам уполномоченный наделен широкими полномочиями. Наименование его должности могло звучать по-разному, однако в любом случае оно напрямую отсылало к Верховному главнокомандующему и председателю Совета народных комиссаров СССР И.В. Сталину. Источники сохранили свидетельства прямой отдачи Сталиным распоряжений Жукову. Приведем один из таких примеров: вечером 13 марта 1944 г. командир 1-го польского армейского корпуса генерал З. Бер-линг был принят И.В. Сталиным и изложил ему свой замысел развертывания корпуса в общевойсковую армию. Сталин одобрил этот план. Затем был вызван Жуков[323], получивший соответствующие распоряжения о формировании армии. На следующий день Жуков обратился к первому заместителю начальника Генерального штаба Красной армии генералу армии А.И. Антонову (который накануне не посещал Сталина), изложив ему решение вождя («Народный комиссар обороны Советского Союза товарищ Сталин 13 марта с. г. приказал…») о развертывании польского корпуса в армию и формировании новых частей, учреждений и заведений армейского подчинения. В заключение Жуков писал Антонову: «Прошу Вас дать необходимые распоряжения, вытекающие из приказа Народного комиссара обороны, и об отданных распоряжениях прошу меня уведомить»[324].

Как показано выше, Жуков лично готовил многие важнейшие документы, связанные со строительством иностранных войск. Эти материалы направлялись Сталину в форме проектов постановлений ГКО и впоследствии, как правило, утверждались им. Например, Жуков разработал Временное положение о Военном совете Польской армии, согласовал его содержание и персональный состав самого Военного совета между советским и польским командованием[325]. Временное положение было утверждено постановлением ГКО № 5523сс от 3 апреля 1944 г.

Кроме И.В. Сталина, Г.С. Жуков нередко напрямую докладывал наркому иностранных дел В.М. Молотову и наркому внутренних дел Л.П. Берии, руководителю Главного политуправления Красной армии А.С. Щербакову и другим высшим должностным лицам, когда это касалось их ведомственных интересов или полномочий[326]. Каждый раз излагая существо вопроса, Жуков не просто информировал вышестоящее руководство, но высказывал свое экспертное мнение («по моему мнению», «я считаю») и предлагал конкретные меры, которые часто воплощались в решениях Государственного Комитета Обороны, Генерального штаба и т. д. Профессиональная карьера Жукова была на взлете. 29 марта 1944 г. он получил очередное специальное звание комиссара госбезопасности 3-го ранга[327], эквивалентное армейскому званию генерал-лейтенанта.

Должность уполномоченного длительное время не была нормативно оформлена, но на практике круг его обязанностей ограничивался вопросами координации и контроля за организацией иностранных воинских формирований. Однако иногда волей обстоятельств уполномоченный втягивался в планирование и обеспечение боевых операций с участием иностранных формирований. Так, например, в конце 1943 – начале 1944 г. в связи с подготовкой восстания в Словакии на Г.С. Жукова несколько раз выходили чехословацкие военные представители, которые просили его «поставить перед советским правительством вопрос, в каких конкретно размерах они могут рассчитывать на военную помощь со стороны СССР»[328]. Для доклада И.В. Сталину Жукову приходилось вникать во все подробности планируемого восстания и формулировать проект предложений советской стороны. В феврале 1944 г. по поручению В.М. Молотова Жуков встречался с чехословацкими генералами А. Нижборским, Г. Пикой и Я. Кратохвилом, а затем выяснял у заместителя начальника Генерального штаба Красной армии генерала армии А.И. Антонова позицию советского высшего военного руководства по этому вопросу[329].

Расширение иностранных формирований потребовало организационного укрепления аппарата уполномоченного. 7 апреля 1944 г. директивой Генерального штаба Красной армии № Орг/6/307447 при уполномоченном был создан небольшой штаб, начальником которого назначен майор Л.П. Александров[330]. В штабе предусматривались следующие должности: начальник штаба, инспекторы боевой подготовки, артиллерии, бронетанковой службы, материально-технического и финансового довольствия, адъютант, делопроизводитель и шофер – всего восемь человек. 4 мая 1944 г. в штат добавили переводчиков с чешского и «югославского»[331] языков. 23 мая вместо инспектора материально-технического и финансового довольствия был введен старший инспектор службы тыла, а вместо делопроизводителя – инспектор канцелярии. У Г.С. Жукова также появилось двое заместителей – генерал-майоры А.М. Белянов[332] и А.М. Давыдов[333]. Оба они, как и майор Александров, являлись сотрудниками НКВД.