Читаем Исконно русская Европа. Откуда мы? полностью

Все эти теории подвергаются яростным нападкам со стороны историков традиционной школы. Особое раздражение вызывает «Новая хронология» А. Фоменко и Г. Носовского. И действительно, она не во всем безупречна. Несколько произвольны, например, этимологические построения «новохронологов». Натянутой выглядит их концепция «Русско-Ордынской империи». Трудно представить вообще существование какой-либо империи в те времена. Империя – это, в первую очередь, огромные расстояния. Но никакой силой провинции, далеко отстоящие от центра и не имеющие с ним достаточно надежной связи, не удержать в повиновении. Те «империи», которые могли существовать и существовали в то время, – Римская империя германской нации, Латинская империя, Никейская империя Ласкариса – Ватаца, – были на самом деле локальными образованиями, оспаривающими между собой право называться «империей».

Да и сам факт наличия в прошлом такого гигантского государства как «Русь-Орда» нелегко было бы скрыть от общественности даже при наличии огромной армии «фальсификаторов».

И все же во всем этом есть рациональное зерно. Это – положение о наличии в древности русско-тюркского единства. Правда, выражено оно не всегда последовательно. И вряд ли данное единство имело что-либо общее с империей, как это представлено у Фоменко.

Кстати, положение о единстве перекликается с идеей тюркского прошлого у славян Мурата Аджи, что наводит на мысль о его справедливости.

Несколько слов по поводу взглядов М. Аджи, также вложившего определенную лепту в критику традиционного монголоведения. Результаты его поисков не во всем идеальны. Наличие у тюрок религии креста и прочих атрибутов христианства вовсе не говорит о заимствовании у них европейцами идеи христианства. Это равным образом может свидетельствовать и о том, как далеко проникали католические и прочие религиозные миссии на восток.

Не вызывает умиления и образ размахивающего шашкой кипчака[3]. С трудом верится в то, что именно данные кавалеристы «научили Европу плавить железо и мастерить изделия из него», «носить рубашки и брюки, мыться в бане», пользоваться ложкой и вилкой, тогда как «даже римские императоры ели, кажется, только руками»[4]. Идея превосходства тюрков над другими народами не имеет ничего общего с исторической правдой. Тем более это касается кипчаков, которые, в отличие, например, от тюрков-сельджуков, не только свою державу не создали, но и не сумели даже имени своего сохранить до настоящего времени. Объяснение этого происками папы римского и коварных «москалей» малоудовлетворительно. Но читать все равно интересно, поскольку вниманию предлагается малоисследованный пласт истории, связанный с распространением тюркского влияния в Азии и Восточной Европе.

Вернемся, однако, к «новохронологам». Теорию Фоменко – Носовского в ее монгольском аспекте можно свести к следующим основным положениям.

Современная версия монголо-татарского ига создана в XVIII в. усилиями российских историков немецкого происхождения – Миллера, Байера, Шлецера и др. В соответствии с ней Русь в XIII в. была завоевана иноземными захватчиками – монголо-татарами, прародина которых располагалась на месте современной Монголии. Империя, созданная монголами, простиралась от завоеванного ими Китая чуть ли не до Западной Европы.

Эта версия не выдерживает никакой критики. Утверждая это, А. Фоменко ссылается на мнение Л.Н. Гумилева, который «открыто» заявил, что теория о монголо-татарском иге на Руси (в ее привычной, миллеровской версии) не имеет под собой никаких документальных оснований, не подтверждается ни русскими, ни иностранными свидетельствами современников.

В частности, в своих публичных лекциях в начале 80-х годов (например, в Институте атомной энергии АН СССР имени И. Курчатова) он справедливо отмечал, что теория о монголо-татарском иге на Руси была создана лишь в XVIII в. иностранцами (Байером, Миллером, Шлецером) в ответ на определенный «социальный заказ», под влиянием идей о якобы «рабском происхождении русских»[5].

Согласно «Новой хронологии» средневековые Русь и Монголия – одно и то же. Если быть более точным, «монголы» или «Орда» – это южнорусское казачество, выполнявшее роль регулярного войска Руси. Русь – это мирное оседлое население, управляемое князьями. Другое дело – Орда. «Во главе Орды стоял царь или хан. Ему принадлежала верховная власть в государстве. То есть в Русском государстве этого периода действовали рука об руку две администрации: военная в Орде и гражданская на местах»[6].

Монголо-татарское нашествие – это не захват Руси иноземцами, а процесс объединения двух ее частей, сопровождаемый гражданской войной и усилением роли царей. «Царская династия Ивана Калиты XIV–XVI веков – это и есть династия ханов – царей Орды. Поэтому она может быть условно названа Ордынской династией (это – наш термин). Еще раз повторим, что это была русская, а не какая-то иноплеменная династия»[7].

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Чингисхан
Чингисхан

Роман В. Яна «Чингисхан» — это эпическое повествование о судьбе величайшего полководца в истории человечества, легендарного объединителя монголо-татарских племен и покорителя множества стран. Его называли повелителем страха… Не было силы, которая могла бы его остановить… Начался XIII век и кровавое солнце поднялось над землей. Орды монгольских племен двинулись на запад. Не было силы способной противостоять мощи этой армии во главе с Чингисханом. Он не щадил ни себя ни других. В письме, которое он послал в Самарканд, было всего шесть слов. Но ужас сковал защитников города, и они распахнули ворота перед завоевателем. Когда же пали могущественные государства Азии страшная угроза нависла над Русью...

Елена Семеновна Василевич , Валентина Марковна Скляренко , Джон Мэн , Василий Григорьевич Ян , Роман Горбунов , Василий Ян

Детская литература / История / Проза / Историческая проза / Советская классическая проза / Управление, подбор персонала / Финансы и бизнес
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное