Читаем Исконно русская Европа. Откуда мы? полностью

Ценность этого труда – не только в пространном изложении. На его примере можно увидеть, как из мухи делают слона, даже не стремясь к этому сознательно. Читая его, нельзя отделаться от мысли, что действие разворачивается на территории, не превосходящей размерами территорию современной Польши, тогда как, по мнению автора, речь идет о расстояниях, сопоставимых с масштабами бывшего СССР.

Вот как описывается в труде местопребывание монголов и география их перекочевок. Монголия, по мнению Насави, находится в Китае, великим ханом которого является Алтун-хан. Сами монголы – это отнюдь не монголы, а китайцы (аль-хитаи), «тюркское племя» (!!!). Родиной их является местность под названием Аргун. Что имел здесь в виду Насави – неизвестно. Сейчас считается, что это река Аргунь, приток Шилки, протекающая вблизи озера Далайнор в Забайкалье. Также считается, что Алтун-хан на самом деле был императором чжурчжэней [10], которых некоторые, например Л.Н. Гумилев, полагают за предков современных маньчжуров. Чжурчжэни не были китайцами, а были когда-то вассалами кара-китаев (киданей). Ну уж последние-то наверняка были китайцами, судя хотя бы по названию? И опять промах. Они были тюрками Семиречья (нынешние Казахстан и Киргизия), примыкавшего к тогдашнему Хорезму. Сюда их, якобы, оттеснили взбунтовавшиеся чжурчжэни. Здесь кидани, так сказать, в память о своей китайской прародине, основали еще одну «китайскую империю» – Западное Ляо. Получается, Алтун-хан со товарищи, будучи по сути китайцами, – они были обитателями Северного Китая (Цзинь), – являются чжурчжэнями, тогда как кара-китаи, наоборот, только по названию китайцы, а по сути – тюрки, не имеющие к Китаю никакого отношения.

От этого обилия китайских империй без китайцев (Цзинь, Вэй, Ляо), расположенных к тому же за тысячи километров друг от друга, голова кругом идет.

Вся эта словесная эквилибристика с трудом втискивается в современные представления о монголах и их прародине. Собственно говоря, монголов здесь и нет. Есть татары. Именно так Насави называет соплеменников Чингисхана. Это также вызывает недоумение. Ведь другие источники нам сообщают, что татары – это недруги монголов, ими в конце концов и уничтоженные.

Рассказ о расстояниях, преодолеваемых монголами в единицу времени, окончательно запутывает ситуацию. Спросите у современного скотовода, не желает ли он откочевать со своими стадами на зиму «в теплые края» за три тысячи километров от своей яранги, и он покрутит пальцем у виска. А вот монголам (кара-китаям, чжурчжэням, татарам) это по плечу. Вот что пишет Насави о перемещениях последних: «Обычно они находились в Тамгадже, а это самая середина ас-Сина, и в окружающих местностях и перебирались в течение лета с одной стоянки на другую, переходя из области в область до тех пор, пока не наступала зима с ее мрачным лицом, а тогда они переходили воды Ганга вблизи Кашмира, останавливаясь на зимовку в прибрежной местности с ее прекрасными долинами и возвышенностями, подобных которым нет в других краях».

Посмотрите на карту (рис. 1) и вы увидите, что империя чжурчжэней (Северный Китай), в которую входили кочевья «проклятых ат-темурчи», т. е. монголов Чингисхана по Насави, отстоит от Кашмира примерно на три тысячи километров!

Попутно возникает вопрос. Если уж чжурчжэньским ханам так приглянулся Кашмир с его «прекрасными долинами и возвышенностями», то к чему им возвращаться в мрачную и безжизненную пустыню Гоби? Там что, медом намазано? И где все-таки находилась эта «империя чжурчжэней» с кочевавшими по ней монголами?

Подобные вопросы можно задать и в отношении Каракорума. Если уж монголы не пожалели, так сказать, «живота своего» для завоевания таких благодатных областей Восточной Европы как Волго-Донское междуречье, Приднепровье, Дунайско-Карпатский регион, то для чего им возводить столицу в забайкальской глуши? Неужто великим ханам, подмявшим под себя полмира, там самое место? Историки объясняют этот иррационализм поведенческим стереотипом монголов. Они-де к хорошему не привыкли. Их стихия – безжизненные отроги Большого Хингана. Согласен. Мазохизм – не такое уж редкое явление в нашей жизни. Но тогда зачем было кровь проливать? Неужто из этих же мазохистских соображений?

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Чингисхан
Чингисхан

Роман В. Яна «Чингисхан» — это эпическое повествование о судьбе величайшего полководца в истории человечества, легендарного объединителя монголо-татарских племен и покорителя множества стран. Его называли повелителем страха… Не было силы, которая могла бы его остановить… Начался XIII век и кровавое солнце поднялось над землей. Орды монгольских племен двинулись на запад. Не было силы способной противостоять мощи этой армии во главе с Чингисханом. Он не щадил ни себя ни других. В письме, которое он послал в Самарканд, было всего шесть слов. Но ужас сковал защитников города, и они распахнули ворота перед завоевателем. Когда же пали могущественные государства Азии страшная угроза нависла над Русью...

Елена Семеновна Василевич , Валентина Марковна Скляренко , Джон Мэн , Василий Григорьевич Ян , Роман Горбунов , Василий Ян

Детская литература / История / Проза / Историческая проза / Советская классическая проза / Управление, подбор персонала / Финансы и бизнес
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное