Искусство под градусом. Полный анализ роли алкоголя в искусстве

Глава 7Алкоголь и литература

Неотъемлемая часть литературы

Смешно писать про алкоголь в литературе в литературе про алкоголь. Тема эта велика и неисчерпаема, не хватит трехтомника.

Американский психиатр и один из лидеров мировой наркологии Дональд Гудвин даже задался вопросом: «Может быть, у литературного дара и алкоголизма одни корни?»

Пять из семи американских писателей, лауреатов Нобелевской премии, были тяжелыми алкоголиками. Когда у Гудвина спросили, как должен выглядеть пьяница, он ответил: «Американец, писатель, лауреат Нобелевской премии».

Но это, конечно, шутка. Причем тут премия? По логике вещей, больше пить должен тот, у кого ее нет. Ну да ладно. Бесспорно то, что в Америке алкоголизм стал частью писательской профессии. Фолкнер, например, пил как не в себя практически всю жизнь. Его вдохновлял момент выхода из запоя, движение со дна наверх, к свету. Некоторые исследователи утверждают, что фирменные длинные предложения у Фолкнера (одно, например, растянулось на 49 страниц) – последствия алкогольного разжижения сознания.

Или вот Стивен Кинг, один из самых продаваемых и, соответственно, самых богатых писателей мира. На закате своего алкоголизма он выпивал по 16 банок пива за вечер и даже не помнит, как писал роман «Куджо». Но Кинг не пьет уже лет 30, после того как жена поставила ему ультиматум: либо семья – либо бухло. Чудо произошло.

Писателей, которые бы окончательно спились, превратились в жижу и перестали писать из-за пьянства, в американской литературе нет. Таких вообще найти трудно. Настоящий писатель из алкоголизма способен сделать литературу. Тот же Чарльз Буковски – пил как проклятый, но до конца об этом самом проклятье писал.

Странная вещь: в начале этой книги я говорил о том, что каждый вечер чего-нибудь да выпиваю, что не могу и трех предложений составить без коньяка, а сейчас наоборот – не могу ничего написать после первого бокала вина, теряю внимание. Что это? Взросление? Превращение меня из веселого пьяницы в алкоголика, которому губы помажь и уже лежит в канаве? Не знаю. Но пью все меньше и меньше.

Но почему же, почему же литераторы склонны к пьянству? Понятно, что все к нему склонны, но вот алкоголизм в литературе – это просто мифологема, основа основ, неотъемлемая часть.

Возможно, дело в интеллекте. Как ни крути, писатель должен быть умным. Это у гениального актера может быть две извилины, у гениального художника – тоже, но глупого и гениального писателя представить сложно.

В 2013 году группа экспертов из Великобритании и США заявила, что люди с высоким IQ пьют больше и чаще, нежели обладатели средненького интеллекта.

Исследование было масштабным, подопытных разделили на пять групп, от самых глупых до самых умных. Большинство самых умных любили пропустить стаканчик-другой, многие уже страдали зависимостью, что, кстати, никак не отображалось на их способности решать задачки. А вот дурачки к алкоголю относились спокойно. Где здесь связь – ученые не знают. Может быть, вообще просто совпало.

Но финские ученые вторят коллегам: «Успеваемость в колледже, способность достичь высот в образовании и обществе положительно связаны с интенсивным потреблением алкоголя». Финны также вычислили, что пьющие вино на голову умнее пьющих пиво, а вот крепкий алкоголь если и сделает вас на время мозговитее, то в итоге все равно приведет к снижению интеллекта.

Такие дела. Так что возможно, писатели квасят от большого ума, хотя я в этом, конечно, сомневаюсь. Мне кажется, дело тут в чем-то другом. В чем – я не знаю. Вот и попытаюсь разобраться.

Шекспир

Мы не знаем, существовал ли Уильям Шекспир на самом деле и писал ли он свои произведения. Не нам решать «Шекспировский вопрос». Не нам искать того, кто скрывался под псевдонимом, и так там уже более 80 кандидатур.

Все окутано мраком: родился в малюсеньком рыночном городе, в неграмотной семье, записи о посещении школы отсутствуют. Откуда у этого человека такой словарный запас, откуда он знает так много о политическом устройстве Англии и других стран, кто ему рассказал про соколиную охоту и теннис, да и как он мог писать пьесы, если его подпись, сохранившаяся на некоторых документах, напоминает каракули? Одному богу известно.

Может, это все вообще инопланетяне написали и с летающей тарелки сбросили. Или какой-нибудь человек в будущем воспользовался машиной времени, по-быстрому сгонял в XVI век и ради шутки насочинял. Существует и такая версия.

И раз уж все в тумане, то как мы поймем, что там было у Шекспира на алкогольном фронте? Никак! Будем предполагать, выуживать из бездны, черпать из небытия.