Читаем Искусство под градусом. Полный анализ роли алкоголя в искусстве полностью

В шесть лет Веничка уже что-то карябал на обрывках бумаги. «Что ты делаешь», – спросили мальчика. «Пишу записки сумасшедшего!» – ответил. После «записки сумасшедшего» превратятся в «Записки психопата», тонкую книжечку с заметками и дневниковыми записями, изданную уже после смерти писателя.

Вот запись за 15 октября 1956 года:

«Ни хуя-а-а!Алкоголь – спасение!Ни хуя-а-а!»

Или за 18 декабря, например:

«Пи-и-ить!Пиииииить!Пи-и-ить, ттэк вэшшу ммэть!!!»

В это время Ерофеев учился на филологическом факультете МГУ, откуда его спустя два года отчислили за пьянство. С формулировкой «за моральное разложение студенчества» его позже отчислили еще из трех институтов, и вышел Венедикт Ерофеев в большое плавание по алкогольному морю.

Он работал грузчиком, истопником-кочегаром, дежурным отделения милиции, приемщиком винной посуды, бурильщиком в геологической партии, стрелком военизированной охраны, библиотекарем, коллектором в геофизической экспедиции, заведующим цементным складом, лаборантом паразитологической экспедиции, лаборантом ВНИИДиС по борьбе с окрыленным кровососущим гнусом. Дольше всего Веничка работал монтировщиком кабельных линий связи в Подмосковье. Где-то там, параллельно с кабельными линиями и черным пьянством, он за два месяца написал «Москва – Петушки».

Смешно, что в Советском Союзе поэма впервые вышла в журнале «Трезвость и культура». Сам Ерофеев говорил, что писал для того, чтобы две странички посмеялись, а потом поскорбели немного.

Вот так просто. И где там автор, где персонаж – кто разберет? Ерофеев сам тоже ездил к маленькому сыну, умеющему произносить букву «ю». Сам пил дикие смеси, например, «слезу комсомолки» (Лаванда 15 г, Вербена 15 г, «Лесная вода» 30 г, лак для ногтей 2 г, зубной эликсир 150 г, лимонад 150 г). Друзья Ерофеева узнавали в персонажах себя и не понимали, где здесь литература. Выдуманному Веничке вонзили шило в самое горло, а настоящий умер от рака горла.

Про «Москва – Петушки» пишут целые трактаты, силясь понять, где там секрет и как же надо было жить, чтоб так написать. Я не филолог и не литературовед, чтобы что-то внятное сказать, меня хватит только на слово «гениально», да и кто со мной не согласится, все согласятся.

Кстати, из всех «коктейлей», описанных в книге, пить можно только «поцелуй тети Клавы» (водка и крепкое розовое вино) и «ханаанский бальзам», он же «Чернобурка» (денатурат с пивом и очищенной политурой).

«Пить просто водку, даже из горлышка, – в этом нет ничего, кроме томления духа и суеты. Смешать водку с одеколоном – в этом есть известный каприз, но нет никакого пафоса. А вот выпить стакан «ханаанского бальзама» – в этом есть и каприз, и идея, и пафос, и сверх того еще метафизический намек».

Все остальное пробовать можно, заранее забронировав себе койку в токсикологическом отделении.

Говорить здесь о том, что пил и в каких количествах Ерофеев, бессмысленно. Кажется, он пил все, что горит, плюс вино с пивом. Но даже у Венички, у человека-символа, у человека, раз и навсегда оправдавшего всех алкоголиков страны, были периоды абсолютной трезвости, он мог не пить недели и даже месяцы, что для него, конечно, подвиг. И да, к маленькому сыну он старался ездить тоже «на сухую».

Ангелы были единственными настоящими друзьями персонажа поэмы Венички. И если уж книга эта почти автобиографична, то можно же предположить, даже и с большой натяжкой, что и сам Ерофеев с ангелами общался. Может быть, ангелы диктовали ему текст. Может, подливали ему портвейна. Может, взяли за тяжелые руки и унесли на небо, где все трезвы и спокойны.

* * *

Чуть не забыл самое главное. Эта глава будет неполноценной, если я не напишу про «Гарри Поттера» – одну из своих самых любимых книг. Помните, там все от мала до велика пьют сливочное пиво, при этом совершенно не пьянея? Так вот, сливочное пиво – это не выдумка и никакая не магия.

Этот напиток известен в Англии еще со времен Тюдоров (XV–XVII века).

И вот вы даже можете поднапрячься, представить себя волшебником и наколдовать себе на вечер кружку-другую.

Для этого понадобится:

эль (0,5 литра) – можно заменить нефильтрованным пивом;

2 желтка;

сливочное масло – полторы ложки;

сливки 10-процентные – 250 мл;

3 столовые ложки сахара;

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дикое поле
Дикое поле

Первая половина XVII века, Россия. Наконец-то минули долгие годы страшного лихолетья — нашествия иноземцев, царствование Лжедмитрия, междоусобицы, мор, голод, непосильные войны, — но по-прежнему неспокойно на рубежах государства. На западе снова поднимают голову поляки, с юга подпирают коварные турки, не дают покоя татарские набеги. Самые светлые и дальновидные российские головы понимают: не только мощью войска, не одной лишь доблестью ратников можно противостоять врагу — но и хитростью тайных осведомителей, ловкостью разведчиков, отчаянной смелостью лазутчиков, которым суждено стать глазами и ушами Державы. Автор историко-приключенческого романа «Дикое поле» в увлекательной, захватывающей, романтичной манере излагает собственную версию истории зарождения и становления российской разведки, ее напряженного, острого, а порой и смертельно опасного противоборства с гораздо более опытной и коварной шпионской организацией католического Рима.

Василий Владимирович Веденеев , Василий Веденеев

Приключения / Исторические приключения / Проза / Историческая проза
Цыпленок жареный. Авантюристка голубых кровей
Цыпленок жареный. Авантюристка голубых кровей

Анна – единственный ребенок в аристократическом семействе, репутацию которого она загубила благодаря дурной привычке – мелким кражам. Когда ее тайное увлечение было раскрыто, воровку сослали в монастырь на перевоспитание, но девица сбежала в поисках лучшей жизни. Революция семнадцатого года развязала руки мошенникам, среди которых оказалась и Анна, получив прозвище Цыпа. Она пробует себя в разных «жанрах» – шулерстве, пологе и даже проституции, но не совсем удачно, и судьба сводит бедовую аферистку с успешным главой петроградской банды – Козырем. Казалось бы, их ждет счастливое сотрудничество и любовь, но вместе с появлением мошенницы в жизнь мужчины входит череда несчастий… так начался непростой путь авантюрной воровки, которая прославилась тем, что являлась одной из самых неудачливых преступницы первой половины двадцатых годов.

Виктория Руссо

Приключения / Исторические приключения